facebook
twitter
vk
instagram
linkedin
google+
tumblr
akademia
youtube
skype
mendeley
Wiki
Global international scientific
analytical project
GISAP
GISAP logotip
Перевод страницы
 

РЕЦЕПЦИИ МИФОЛОГИЧЕСКОЙ ФОРМЫ МЫШЛЕНИЯ В УКРАИНСЬКОЙ ДОМАШНЕЙ ИКОНЕ

Ольга Богомолец, доктор медицинских наук

Участник конференции

УДК 7.045

В статье подчеркивается коренное отличие мировоззренческих интенций украинской церковной и домашней иконы. С этой целью раскрывается контекстуальная обусловленность содержания и функций украинской домашней иконы на фоне которой обосновывается мысль о том, что домашнюю икону следует рассматривать как своеобразный метаязык с целостной и неизменной структурой, полифония содержания которого актуализируются только в определенном пространственно-временном контексте.

Ключевые слова: символ, церковная икона, домашняя икона, мифема, мифологическая форма мышления.

The article highlights the fundamental difference between the world outlook intentions of the Ukrainian church and the home icon. For this purpose, contextual conditionality of content and functions of Ukrainian home icon is disclosed on the background of which it is proved that home icon should be seen as a kind of meta-language with a coherent and consistent structure, polyphony of content of which is updated only in a certain space and temporal context.

Keywords: symbol, church icon, home icon, mytheme, mythological form of thinking.

 

Православная икона, как духовный и художественный символ культуры всего православного мира, уже неоднократно становилась объектом научного исследования. В этом контексте стоит упомянуть прежде всего исследования таких ведущих иконологов как Е. Трубецкой, С. Булгаков, П. Флоренский, А. Грищенко, Л. Успенский, Н. Покровский, П. Жолтовский, М. Сумцов и др. В их трудах, рассмотрены символический код, культурное, историческое и религиозное значение православной иконы. Причем, почти все эти исследователи соглашаются с тем, что православная икона, склонна приобретать этническое своеобразие, она превращается в так называемую невербальную летопись, в которой отражены особенности мировоззрения, духовной культуры и, соответственно, художественных предпочтений верующих каждой из поместных православных церквей, оставаясь одновременно универсальным надэтническимсимволом восточнохристианской духовной традиции.

Правомерность бытующей в современном интеллектуальном дискурсе оценки православной иконы не вызывает никаких сомнений. Ведь, без внимания на этническое своеобразие, содержание православного образа актуализируется только тогда, когда икона отражает общее для всего православного мира евангельское предание, сформированные в нем нормы и ценности. При этом, указанная оценка как правило касается всех разновидностей иконы – профессиональной и народной, церковной и домашней. Исследователи, пользуясь методом обобщения, рассматривают заложенный в домашней иконе символический код сквозь призму общехристианский норм и ценностей. Однако, на наш взгляд, ошибочность такого подхода, отчетливо проявляется тогда, когда икону начинаем исследовать как один из элементов социально обусловленной религиозной практики. Ведь, в отличие от церковной обрядовой практики, где икона выступает одним из средств напоминания о первообразе и вечной жизни в Царстве Небесном, в домашней обрядовой практике, семантическое наполнение иконы обусловлено контекстом – она может получать дидактическое значение, может трансформироваться в оберег отдельного человека или семьи в целом, иногда она выступает символом гармонии мироздания. Иными словами, есть все основания полагать, что домашняя икона приобретает онтологический статус и семантическое наполнение лишь в том случае, когда она включена в мировоззренческий и бытовой контекст жизни человека и семьи, находящихсяв постоянном циклическом круговороте естественного процесса.

Подчеркнутая нами контекстуальная обусловленность домашней иконы, тесно коррелирует с методологическими замечаниями К. Леви-Стросса. Мыслитель, исследуя мифологические формы мышления обнаружил там постоянные структуры – бинарные и тернарни оппозиции, что трансформируются в устойчивые мифологические формы мышленияивоспроизводятся в культуре в виде мифем, содержание которых может актуализироваться как сквозь призму историзма, так и вне его. Иными словами, мифема иногда проявляется в своем первоначальном значении, однако чаще ее содержание актуализируется как один из элементов целостной композиции, в которой первичная мифологическая структура сохраняется в неизменном виде, обрастая при этом новым содержательным наполнением. Такие ментальные структуры, по мнению К. Леви-Стросса, наиболее четко проявляются в мифе, чистота которого наиболее полно сохранена в «сельской среде ... которую не коснулась цивилизация». [См.: 2, с. 20].

Применяя методологические замечания К. Леви-Стросса к анализу украинской домашней иконы, как одному из лучших визуальных проявлений народного мифа, по всей вероятности можно найти те, наиболее устойчивые структурные компоненты, что определили не только своеобразие народной иконы, но и украинской культуры в целом. Реализация этой цели невозможна вне смыслового контекста славянской мифологии и непосредственно его славного символа – Древа Жизни. Оно наиболее полно воплощало в себе целостную систему космологических представлений славян. Вселенная, в этой системе, рассматривается как органическое единство трех миров (или уровней): Правы (мира вечного, божественного, небесного), Явы (мира земного, проявленного, человеческого), и Навы / Славы (мира умерший предков, причем как своих, так и чужих). Единство этих миров обеспечивалось вечным круговоротом жизни, что актуализировался в мировоззрении сквозь призму бинарной оппозиции рождения и смерти. Согласно этим представлениям выстраивалась иерархия языческих божеств. Род –символом вечности (Бог-Отец), Солнце (Даждьбог, Христос) – олицетворяло вечный круговорот жизни, иМакошь (Богородица) – она обеспечивала благополучие земной жизни, и вместе с тем выступала своеобразным связным небесного и земного миров.

Достаточно четко представленные в славянской мифологии бинарные оппозиции жизни и смерти, земного и небесного, вечного и переменного проявились и впоследствии в христианизированной народной культуре. Формируясь в природном пространстве, народная культура была очень консервативной и тем самым тормозила проникновение принципиально новых идей. Соответственно, древние мифологические представления полностью отразились в казалось бы новом мировоззренческом контексте. Первым, что в этом отношении, должно привлечь наше внимание, безусловно, является концепт триединства Бога как главная идея христианства. Он реализуется сквозь призму трех ипостасей Бога: Бог-Отец – вечное и истинное бытие (Права), Бог-Сын – появлений мир, земное бытие (Ява), и Дух Святой, который в соответствии с богословского вероучения является Лицом Троицы, «Когда же придёт Он, Дух истины, то наставит вас на всякую истину: ибо не от Себя говорить будет, но будет говорить, что услышит, и будущее возвестит вам[выделение –О.Б.]»(от Иоанна 16: 13). Наряду с указанным, Дух Святой наделяет людей разными благами согласно своей воле: «Одному дается Духом слово мудрости, другому слово знания, тем же Духом; иному вера, тем же Духом; иному дары исцелений, тем же Духом; иному чудотворения, иному пророчество, иному различение духов, иному разные языки, иному истолкование языков. Все же сие производит один и тот же Дух, разделяя каждому особо, как Ему угодно»(1 Коринфянам 12: 8-11). Иными словами, Дух Святой оставляет за собой то функциональное значение, что имели умершие предки, с течением времени превратились в «мощных защитников своей семьи и сильно помогали их в жизни» [3, с. 233].

Проводя четкую параллель между миром Навы, культом предков и концептом Духа Святого, все же не стоит игнорировать того, что Нава изначально определялась выразительной бинарной оппозицией свой/чужой. Опекать человека и сообщество могли только духи родных предков, в свою очередь, чужие умершие предки были враждебными и могли навредить человеку. Сложившееся еще в мифологическом сознании амбивалентное отношение к смерти и умерших, не могло не отразиться и христианизированной культуре, которая рассматривала смерть, с одной стороны, как возможность достижения Царствия Божия, а с другой –как результат грехопадения, которое несло с собой боль, страдания и вражду. Все это было чрезвычайно чуждым семантическому пространству украинского дома – именно поэтому икон Страшного Суда в украинском доме никогда не размещали. Отрицательное значение смерти относилось к пространству «чужого»– от него надо было защититься и отстраниться.

Космологические представления украинского простонародья наиболее полно проявились в образах Саваофа. Почти на всех народных иконах Бог-Отец изображен вместе с младенцем на кресте и голубем. Вероятно, общая концепция подчинена первичной структуре космологического народного мифа – идеи вечного круговорота жизни, что идет от юности (Нового года, 21-22 марта, Христос в виде младенца) к зрелости (Купало, 21-22 июня, Бог-Отец). Идею вечного круговорота олицетворяет собой крест – он был главным солярным знаком. Наряду с указанным, икона Саваофа несет в себе идею единства земного (Христос) и небесного (Саваоф) миров – ее отражает голубь, как символ неразрывного единства [См.: 1, с.20].

Нельзя обойти вниманием и наиболее распространенные на Украине народные иконы «Богородица с младенцем». На наш взгляд, именно в богодичном цикле икон наиболее полно представлены не только основные славянские мифемы, но и общая структура мифологического мышления. Ведь, разложив целостный образ «Богородица с младенцем» на разные уровни получаем следующие бинарные оппозиции: Богородица – женщина, зрелая, земная, Христос младенец – человек, юность, небесный. Несмотря на то, что каждая из этих смысловых нагрузок актуализируется в разных контекстах,все же в целостной композиции иконыони представлены как тождество, что символизирует вечное и неизменное единство земной и небесной жизни. Достаточно отчетливо представлена в данном образе и живительная природа земли (Бого-родиця), урожай (Христос) которого находится в вечном круговороте циклического рождения (ежегодное Рождество).

Подчеркнутую идеютождества бинарных оппозиций, в отношении к природе: единство жизни и смерти, неба и земли, вечного и бренного, и в отношении к культуре: женского и мужского, молодости и старости и т.д. находим во всех народных иконах. При этом обращает на себя внимание тот факт, что все домашние народные иконы неся в себе идею смерти были полностью лишены ее негативного смысловой нагрузки. Смерть являясь естественной характеристикой, рассматривалась как залог рождения, а не как залог ущербности и неполноценности человеческой жизни.

Таким образом, приходим к выводу, что украинская домашняя икона, хотя и отображает общехристианское евангельское предание, все же ее нельзя ограничивать исключительно как феномен православной культуры. Домашняя икона – это своеобразный духовный и художественные феномен, в котором первобытные мифологические формы мышление облачаются христианский контекст, но не отождествляются с ним. Другими словами, домашняя икона – это своеобразный метаязык с целостной и неизменной структурой, полифония содержания которого актуализируются только в определенном пространственно-временном контексте.

Литература:

  • 1. Богомолець О. Домашні ікони центральної України (За матеріалами виставки «Домашні образи України XVII – XX ст. з приватної колекції Ольги Богомолець» у Київському Музеї російського мистецтва (1 – 14 березня 2008 р.)) / О. Богомолець. – К.: поліграфічна фірма «Оранта» 2008. –  206 с.
  • 2. Леви-Строс К. Структура и форма (Размышления над однойработой Владимира Проппа) / К. Леви-Строс // Зарубежные исследования по семиотике фольклора (Сборник статей); [Мелетинский Е.М., Неклюдов С.Ю. (сост.)]. – М.: Наука, 1985. – С.9-34.
  • 3. Митрополит Іларіон (Огієнко). Дохристиянські вірування українського народу [Іст.-реліг. моногр.] / І. Огієнко ; [Вид. др.]. – Видавництво: Вінніпег, «Волинь» (1965) / Київ, Обереги, 1995. – 424 с.
Комментарии: 4

Саносян Хачатур

Уважаемая Ольга Вадимовна!. Однозначно, что "в отличие от церковной обрядовой практики, где икона выступает одним из средств напоминания о первообразе и вечной жизни в Царстве Небесном, в домашней обрядовой практике, семантическое наполнение иконы обусловлено контекстом – она может получать дидактическое значение, может трансформироваться в оберег отдельного человека или семьи в целом, иногда она выступает символом гармонии мироздания. Иными словами, есть все основания полагать, что домашняя икона приобретает онтологический статус и семантическое наполнение лишь в том случае, когда она включена в мировоззренческий и бытовой контекст жизни человека и семьи, находящихся в постоянном циклическом круговороте естественного процесса." Спасибо за статью. Пользуясь возможностью с наилучшими пожеланиями поздравляю с Международным женским днем 8 марта. Мир Вашему Дому. с уважением Х. А. Саносян

Саносян Хачатур

Уважаемая Ольга Вадимовна!. Однозначно, что "в отличие от церковной обрядовой практики, где икона выступает одним из средств напоминания о первообразе и вечной жизни в Царстве Небесном, в домашней обрядовой практике, семантическое наполнение иконы обусловлено контекстом – она может получать дидактическое значение, может трансформироваться в оберег отдельного человека или семьи в целом, иногда она выступает символом гармонии мироздания. Иными словами, есть все основания полагать, что домашняя икона приобретает онтологический статус и семантическое наполнение лишь в том случае, когда она включена в мировоззренческий и бытовой контекст жизни человека и семьи, находящихся в постоянном циклическом круговороте естественного процесса." Спасибо за статью. Пользуясь возможностью с наилучшими пожеланиями поздравляю с Международным женским днем 8 марта. Мир Вашему Дому. с уважением Х. А. Саносян

Щербакова Нина Владимировна

Уважаемая, Ольга Вадимовна! С удовольствием прочла Ваш доклад. Очень интересная теория восприятия иконы как архетипа. Благодарю за ценную информацию.

Трещалин Михаил Юрьевич

Уважаемая Ольга Вадимовна! Полностью солидарен с Вашим мнением относительно некоторого различия в восприятии иконы храмовой и иконы домашней, перешедшей нам от бабушек и дедушек. Икона в доме не только Святой образ, символ, но и семейная реликвия. Однако, сомневаюсь в том, древнеславянская культура, по сути приведенных Вами примеров - язычество, нашла воплощение в Христианстве. Да и символ Креста в язычестве и Христианстве имеет разную смысловую трактовку. Единение всех древних мировых культур и современных изображений, на мой взгляд, использование одинаковых геометрических фигур для обозначения одних и тех же понятий. Кстати, изображение "Древа Жизни" было обнаружено на развалинах древнеегипетских Храмов, т.е. много раньше, чем оно появилось у славян. С уважением М.Ю. Трещалин
Комментарии: 4

Саносян Хачатур

Уважаемая Ольга Вадимовна!. Однозначно, что "в отличие от церковной обрядовой практики, где икона выступает одним из средств напоминания о первообразе и вечной жизни в Царстве Небесном, в домашней обрядовой практике, семантическое наполнение иконы обусловлено контекстом – она может получать дидактическое значение, может трансформироваться в оберег отдельного человека или семьи в целом, иногда она выступает символом гармонии мироздания. Иными словами, есть все основания полагать, что домашняя икона приобретает онтологический статус и семантическое наполнение лишь в том случае, когда она включена в мировоззренческий и бытовой контекст жизни человека и семьи, находящихся в постоянном циклическом круговороте естественного процесса." Спасибо за статью. Пользуясь возможностью с наилучшими пожеланиями поздравляю с Международным женским днем 8 марта. Мир Вашему Дому. с уважением Х. А. Саносян

Саносян Хачатур

Уважаемая Ольга Вадимовна!. Однозначно, что "в отличие от церковной обрядовой практики, где икона выступает одним из средств напоминания о первообразе и вечной жизни в Царстве Небесном, в домашней обрядовой практике, семантическое наполнение иконы обусловлено контекстом – она может получать дидактическое значение, может трансформироваться в оберег отдельного человека или семьи в целом, иногда она выступает символом гармонии мироздания. Иными словами, есть все основания полагать, что домашняя икона приобретает онтологический статус и семантическое наполнение лишь в том случае, когда она включена в мировоззренческий и бытовой контекст жизни человека и семьи, находящихся в постоянном циклическом круговороте естественного процесса." Спасибо за статью. Пользуясь возможностью с наилучшими пожеланиями поздравляю с Международным женским днем 8 марта. Мир Вашему Дому. с уважением Х. А. Саносян

Щербакова Нина Владимировна

Уважаемая, Ольга Вадимовна! С удовольствием прочла Ваш доклад. Очень интересная теория восприятия иконы как архетипа. Благодарю за ценную информацию.

Трещалин Михаил Юрьевич

Уважаемая Ольга Вадимовна! Полностью солидарен с Вашим мнением относительно некоторого различия в восприятии иконы храмовой и иконы домашней, перешедшей нам от бабушек и дедушек. Икона в доме не только Святой образ, символ, но и семейная реликвия. Однако, сомневаюсь в том, древнеславянская культура, по сути приведенных Вами примеров - язычество, нашла воплощение в Христианстве. Да и символ Креста в язычестве и Христианстве имеет разную смысловую трактовку. Единение всех древних мировых культур и современных изображений, на мой взгляд, использование одинаковых геометрических фигур для обозначения одних и тех же понятий. Кстати, изображение "Древа Жизни" было обнаружено на развалинах древнеегипетских Храмов, т.е. много раньше, чем оно появилось у славян. С уважением М.Ю. Трещалин
Партнеры
 
 
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
Would you like to know all the news about GISAP project and be up to date of all news from GISAP? Register for free news right now and you will be receiving them on your e-mail right away as soon as they are published on GISAP portal.