facebook
twitter
vk
instagram
linkedin
google+
tumblr
akademia
youtube
skype
mendeley
Wiki
Global international scientific
analytical project
GISAP
GISAP logotip
Перевод страницы
 

ПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ВОПРОСОВ ОБЩЕСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ

ПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ВОПРОСОВ ОБЩЕСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ВОПРОСОВ ОБЩЕСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ВОПРОСОВ ОБЩЕСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕПРОБЛЕМЫ ПРАВОВОГО РЕГУЛИРОВАНИЯ ВОПРОСОВ ОБЩЕСТВЕННОЙ БЕЗОПАСНОСТИ НА СОВРЕМЕННОМ ЭТАПЕ
Руслан Пузиков, доцент, кандидат юридических наук, доцент

Тамбовский государственный университет им. Г.Р.Державина, Россия

Участник первенства: Национальное первенство по научной аналитике - "Россия";

Открытое Европейско-Азиатское первенство по научной аналитике;

УДК 340.1

Статья посвящена освещению современного состояния правового регулирования в сфере общественной безопасности в России и за рубежом, выявлению места и роли современной правовой политики в процессах формирования понятия и содержания общественной безопасности, формам и средствам ее обеспечения в правовой жизни современного государства, выявлению проблем применения знаний различных отраслей права на современном этапе, а также формированию предложений по перспективам дальнейшего развития данной области общественных знаний.

Ключевые слова: правовая политика, общественная безопасность, правовая жизнь, доктрина права.

The article examines the current state of the legal regulation in the sphere of public safety in Russia and abroad, to identify the place and role of the modern legal policy in the formation of concepts and content of social security, forms and means of its provision in the legal life of the modern state, identification of problems application of knowledge of various branches of law, as well as preparation of proposals on prospects of the further development of this area of public knowledge.

Keywords: legal policy, public safety, legal life, the doctrine of law.

 

В российском законодательстве категория «общественная безопасность» впервые появилась в конце XIX века в акте «Общее губернское учреждение». В соответствии с Учреждениями министерств 1892 года Департамент полиции ведает дела по предупреждению и пресечению преступлений и по охранению общественной безопасности и порядка . Уездные исправники и полицмейстеры обязаны иметь неослабный надзор за охранением общественной безопасности.

Уложение о наказаниях уголовных и исправительных различали категории «личная безопасность» и «общественный порядок».

В первую очередь необходимо рассмотреть конституционное закрепление вопросов общественной безопасности в нашей стране, учтивая особенности и роль конституционного регулирования в системе правового воздействия.

Категория «безопасность» в конституционном развитии России впервые появился в Конституции РСФСР 1978 года . В Конституции было закреплено понятие «безопасность страны», которое по смыслу, является синонимом государственной безопасности. Так, согласно Основному закону «Обязанности государственных органов, общественных организаций, должностных лиц и граждан по обеспечению безопасности страны и укреплению ее обороноспособности определяются законодательством Союза ССР».

Изменения, внесенные в Конституцию в 1989-1992 годах, фактически превратившие ее в демократическую по своей сущности Конституцию России, существенно изменили конституционные основы обеспечения различных видов безопасности. В частности, в качестве обобщающей в Конституции стала фигурировать категория «безопасность» («безопасность Российской Федерации»), а в качестве ее видов Основной закон различал государственную безопасность, общественную безопасность и экологическую безопасность.

Общественная безопасность упоминалась в Конституции в следующих случаях:

  • 1) При разграничении предметов ведения (к совместному ведению федеральных органов государственной власти Российской Федерации и органов государственной власти субъектов в составе Российской Федерации относилось обеспечение общественной безопасности).
  • 2) Компетенция Президента Российской Федерации (принимает меры по обеспечению государственной и общественной безопасности Российской Федерации).

Анализ закрепления категории «безопасность» и ее составляющих в Конституциях стран-участниц СНГ позволил нам придти к следующим выводам.

Категория «безопасность» употребляется в конституциях Азербайджана  и Узбекистана. В данных конституциях отсутствуют различные вилы безопасности, такие как «государственная безопасность», «общественная безопасность» и т.п.

В конституциях Беларуси , Кыргызстана  и Молдовы  употребляется термин «национальная безопасность», причем также не разделенный на виды. Наряду с национальной безопасностью категория «государственная безопасность» прописана в конституциях Казахстана , Таджикистана  и Туркменистана . Это указывает на более дифференцированный подход в конституционном закреплении вопросов обеспечения безопасности.

Более научно обоснованный подход, согласно которому обобщающим понятием служит «национальная безопасность», а ее видами «государственная», «общественная», «экологическая» и др . прослеживается в конституциях Армении  и Украины . Более того, в Конституции Украины содержится указание на информационную безопасность, проблемы которой особенно актуальны для современного общества.

Следует отметить, что в некоторых конституциях стран-участников СНГ при отсутствии категории «общественная безопасность» встречаются понятия «безопасность граждан» (Туркменистан, Таджикистан) и «безопасность населения» (Узбекистан). Причем во всех трех случаях данные категории употребляются применительно к введению чрезвычайного положения.

В Конституции Российской Федерации термин «безопасность» употребляется как в широком смысле, так и применительно к различным видам безопасности (в п. «б» и «д» ч. 1 ст. 72 говорится о таких видах безопасности, как общественная и экологическая).       В.В. Мамонов, который пишет: «При употреблении в Конституции РФ термина «безопасность» в широком смысле следует учитывать, что под ним подразумевается национальная безопасность, поскольку именно она является источником, основой других видов безопасности, затрагивающих конституционно-правовые отношения».

Проведенный анализ конституционных норм в сфере безопасности, позволил нам согласиться с А.Р. Халатовым, который отмечает, что «безопасность, как одна из основных социальных и юридических гарантий, полноценного конституционного статуса, к сожалению, не получила».

Конституция РФ упоминает общественную безопасность в ст. 72, относя ее к совместному ведению Российской Федерации и субъектов Российской Федерации.

Анализ норм Конституции дал И.Б. Кардашовой основание сделать вывод, что понятие «объект, безопасность которого обеспечивается» не определено, а предполагаемый его объем представлен противоречиво.

Не смотря на то, что принципиальной особенностью юридических категорий, отличающих их от категорий иных наук, является нормативное закрепление, правовая система России не содержит легального определения общественной безопасности, однако это не говорит о том, что данная категория не упоминается в нормативных актах.

Принятый еще до принятия Конституции Закон РФ «О безопасности», действующий более семнадцати лет (до 2010 года) определял безопасность как «состояние защищенности жизненно важных интересов личности, общества и государства от внутренних и внешних угроз» . К одному из объектов обеспечения безопасности закон относил «общество - его материальные и духовные ценности» . Интересна позиция Д.В. Ирошникова, который относит к объектам общественной безопасности категорию «общественный строй» .

Закон РФ «О безопасности», принятый в 1992 году, существенно устарел и нуждался в замене, о чем неоднократно упоминали исследователи .

С принятием в декабре 2010 года нового Федерального закона «О безопасности»  понятийно-категориальный аппарат обеспечения безопасности сместился в сторону концептуальных и доктринальных документов, поскольку указанный закон не содержит в себе легальных определений. Следует отметить, что Г.З. Мансуров, относит отсутствие понятийного аппарата к серьезным недостатком закона. По справедливому мнению С.А. Сидоровой, представляется целесообразным закрепить в действующем законодательстве понятие «общественная безопасность».

В статье «Предмет регулирования» нового закона прописано, что закон определяет основные принципы и содержание деятельности по обеспечению безопасности государства, общественной безопасности, экологической безопасности, безопасности личности, иных видов безопасности, предусмотренных законодательством Российской Федерации (далее — безопасность, национальная безопасность), полномочия и функции федеральных органов государственной власти, органов государственной власти субъектов Российской Федерации, органов местного самоуправления в области безопасности, а также статус Совета Безопасности Российской Федерации (далее — Совет Безопасности).

В этой фразе законодатель дал ответ на два вопроса, до сих пор прямо не закрепленных в действующем законодательстве и вызывающих дискуссии исследователей: во-первых, национальная безопасность включает в себя государственную, общественную, экологическую и иные виды безопасности; во-вторых, законодательно закрепленное понятие «безопасность» является синонимом понятия «национальная безопасность», что нередко обсуждается в науке, как правило, при рассмотрении конституционных основ обеспечения безопасности .

Как видно из предмета регулирования, закон указывает на общественную безопасность в составе более широкого понятия – национальная безопасность, однако далее по тексту понятие общественной безопасности не встречается, что является существенным недостатком в правовом регулировании вопросов общественной безопасности, учитывая основополагающую роль рассматриваемого закона в данной сфере.

К достоинствам нового закона «О безопасности» в рамках нашей диссертационной темы можно отнести тот факт, что в нем четко прописан порядок принятия концептуальных и доктринальных документов. Так, в соответствии с нормами закона, деятельность по обеспечению безопасности включает в себя стратегическое планирование в области обеспечения безопасности (ст. 3); Президент РФ утверждает стратегию национальной безопасности Российской Федерации, иные концептуальные и доктринальные документы в области обеспечения безопасности (ст. 8), которые разрабатываются Советом Безопасности (ст. 14). До принятия данного закона, не смотря на неоднократное утверждение концептуальных и доктринальных документов в сфере обеспечения безопасности, данное полномочие Президента не было закреплено законодательно, за исключением конституционного полномочия Президента утверждать военную доктрину Российской Федерации.

На наш взгляд, законодательное закрепление процедуры разработки и утверждения концептуальных и доктринальных документов в сфере обеспечения безопасности, так или иначе, повышают роль таких документов в правовом пространстве.

Особе внимание в исследовании доктрины общественной безопасности следует уделить анализу правовых актов, регулирующих деятельность милиции (полиции), поскольку исторически данные органы являются основным субъектом обеспечения общественной безопасности.

В соответствии с Постановлением СНК СССР от 25.05.1931 № 390 «Положение о рабоче-крестьянской милиции» основная задача рабоче-крестьянской милиции - охранять революционный порядок и общественную безопасность, необходимые для социалистического строительства . В рамках решения задачи по обеспечению общественной безопасности общая милиция выполняла такие обязанности как «надзор за соблюдением правил уличного движения, а также правил пользования трамваями, автобусами и т.п.», «надзор за соблюдением правил общественной безопасности при производстве строительных, дорожных и других работ» и др.

Руководство деятельностью местных органов милиции по выполнению данных функций возлагалось на Главное управление рабоче-крестьянской милиции при СНК РСФСР . Руководство же проведением в жизнь постановлений и распоряжений Правительства по вопросам общего администрирования и установления охраны революционного порядка и общественной безопасности было отнесено к ведению НКВД СССР .

Закон о советской милиции 1991 года установил в качестве основных задач милиции «обеспечение личной безопасности граждан, общественной безопасности и охрана общественного порядка» . По закону РФ «О милиции» 1991 года  к основными задачам милиции относились «обеспечение безопасности личности»; «охрана общественного порядка и обеспечение общественной безопасности». Замена категории «личная безопасность граждан» на «безопасность личности», ввиду особой смысловой нагрузки категории «личность» безусловно, можно отнести к положительной тенденции, означающей иное взаимоотношение государства и личности, выдвигающее на передний план именно личность.

Федеральный закон «О полиции»  определяет назначение полиции - обеспечение общественной безопасности. При этом обеспечение общественной безопасности не закреплено в основных направлениях деятельности полиции. Это можно объяснить тем, что основные направления деятельности полиции – и есть мероприятия по обеспечению общественной безопасности. Иными словами, обеспечение общественной безопасности не может быть закреплено в качестве одного из направлений, поскольку это более широкая деятельность и все указанные направления – ее составляющие.

Необходимо отметить, что в советской научной литературе общественная безопасность была «привязана к деятельности МВД» (как, впрочем, и государственная безопасность – к КГБ) . Но и сейчас, не смотря на достаточно широкий круг субъектов обеспечения общественной безопасности (государственной – по-прежнему, значительно уже), такой подход имеет право на существование. В этой связи от закона «О полиции» ожидаемо более детальное отражение доктрины общественной безопасности Российской Федерации, однако в законе ключевое направление деятельности полиции размыто.

Вопросы обеспечения общественной безопасности регулируются также Федеральным законом от 18.07.2006 № 109-ФЗ (ред. от 07.06.2013) «О миграционном учете иностранных граждан и лиц без гражданства в Российской Федерации»  и другими федеральными законами.

Поскольку общественная безопасность – важнейшая общественная ценность, как правило, охраняемая в уголовном порядке, нельзя не произвести анализ уголовного законодательства в целях выявления закономерностей развития уголовно-правовой доктрины общественной безопасности.

В постановлении Народного комиссариата юстиции РСФСР от 12 декабря 1919 года «Руководящие начала по уголовному праву РСФСР» «общественная безопасность» употребляется как категория определения характера опасности того или иного преступления. Так, при определении меры воздействия на совершившего преступление устанавливает, насколько само деяние в данных условиях времени и места нарушает основы общественной безопасности .

Указанное условие было заимствовано Уголовным кодексом РСФСР 1922 г . Кроме того, в кодексе содержалась глава «Нарушение правил, охраняющих народное здравие, общественную безопасность и публичный порядок», содержащая тринадцать составов, причем в некоторых их них объектом посягательства было «народное здравие» (приготовление ядовитых и сильнодействующих веществ лицами, не имеющими на то права), в некоторых – публичный порядок (публичные нарушения или стеснения религиозными обрядами или культовыми церемониями свободы движения других граждан, вопреки закону или обязательному постановлению местной власти). По нашему мнению, следующие составы преступления были нацелены на обеспечение общественной безопасности:

  • - неисполнение или нарушение при производстве строительных работ установленных законом или обязательным постановлением строительных, санитарных и противопожарных правил;
  • - неисполнение или нарушение правил, установленных законом или обязательным постановлением для охраны порядка и безопасности движения по железным дорогам и водным путям сообщении;
  • - неисполнение законного распоряжения или требования находящегося на посту органа милиции, военного караула, а равно всяких других властей, призванных охранять общественную безопасность и спокойствие;
  • - хранение огнестрельного оружия без надлежащего разрешения;
  • - нарушение установленных законом или обязательным постановлением технических правил об установке механических двигателей.

В Уголовном кодексе редакции 1926 года  перечень составов преступлений в рамках данной главы был скорректирован. Так, применительно к угрозам общественной безопасности преступными стали считать (в дополнении к ранее установленным) следующие деяния:

  • - изготовление, хранение, покупка и сбыт взрывчатых веществ или снарядов, а равно хранение огнестрельного (не охотничьего) оружия без надлежащего разрешения;
  • - несообщение капитаном судна другому судну, столкнувшемуся с ним на море, названия и порта приписки своего судна, равно как места своего отправления и назначения, несмотря на возможность сообщить эти сведения;
  • - нарушение правил об установке механических двигателей.

Примечательно, что состав преступления «неисполнение или нарушение при производстве строительных работ установленных законом или распоряжением власти строительных, санитарных или противопожарных правил, а равно неисполнение или нарушение установленных законом правил, регулирующих охрану безопасности и порядка в работах горной промышленности, если они повлекли за собой тяжелые последствия» в кодексе редакции 1926 года был отнесен к преступлениям в сфере порядка управления, а в Уголовном кодексе РСФСР 1960 года был снова отнесен к преступлениям в сфере общественной безопасности. Это, в первую очередь говорит о том, что правовая доктрина общественной безопасности только формировалась и у законодателя пока не сложилось целостного представления об ее объектах и угрозах.

Следует отметить, что характер изменений уголовного кодекса отвечал требованию времени – ограничить свободу слова, печати, СМИ. В данную группу подпадали такие составы как «нарушение правил, установленных для размножения и выпуска в свет печатных произведений, а равно правил фото-кино-цензуры», «пользование радиостанцией частного пользования не по назначению или с нарушением условий полученного разрешения или же правил контроля со стороны органов Народного Комиссариата Почт и Телеграфов» . Поскольку данные составы преступления также были включены в главу «Нарушение правил, охраняющих народное здравие, общественную безопасность и публичный порядок», то встает вопрос об определении объекта таких посягательств. На первый взгляд, исходя из современной доктрины общественной безопасности данные деяния можно смело отнести к нарушению публичного порядка. При этом в то время, возможно, считалось, что нарушение цензуры было посягательством на общественную безопасность. Все это говорит о том, что охрана уголовными мерами общественной безопасности в современном ее понимании уходила на второй план, заменяясь на охрану правящего режима и тотального господства государства над личностью, характерного для того времени.

Иными словами, содержание доктрины общественной безопасности в тоталитарном государстве подчинено общей цели такого государства и существенно отличается от общепринятого, научного подхода.

Уголовный кодекс РСФСР 1960 года  содержал главу «Преступления против общественной безопасности, общественного порядка и здоровья населения». Анализ наименования данной главы показывает произошедшую трансформацию уголовно-правовой доктрины общественной безопасности, выражающуюся в следующих моментах:

  • во-первых, общественная безопасность, как категория более широкая, чем, например, здоровье населения, помещена на первый план;
  • во-вторых, категория «публичный порядок» была заменена на известную нам до настоящего времени категорию «общественный порядок», что указывает на некоторую проекцию перераспределения сил с государства на общество.
  • в-третьих, замена слова «народ» на «население» также могла иметь под собой глубокий смысл. По С.И. Ожегову «народ» - основная, трудовая масса населения страны (в эксплуататорских государствах угнетаемая господствующим классом) . Замена данного термина на более нейтральный по смысловой нагрузке – «население», на наш взгляд, была обусловлена некоторой корректностью во взаимоотношениях государства и общества.

Составы преступления, содержащиеся в данной главе были существенной расширены, при этом их разделение внутри главы не производилось. Поэтому лишь на научном уровне можно выделить, что к преступлениям в сфере общественной безопасности относились:

  • - угроза убийством, нанесением тяжких телесных повреждений или уничтожением имущества;
  • - нарушение правил безопасности движения и эксплуатации автомототранспорта или городского электротранспорта;
  • - нарушение правил безопасности движения автомототранспорта лицом, не являющимся работником автомототранспорта;
  • - нарушение действующих на транспорте правил;
  • - нарушение правил безопасности горных работ;
  • - нарушение правил при производстве строительных работ;
  • - нарушение правил безопасности на взрывоопасных предприятиях или во взрывоопасных цехах;
  • - нарушение правил хранения, использования, учета или перевозки взрывчатых и радиоактивных веществ;
  • - незаконное ношение, хранение, изготовление или сбыт оружия или взрывчатых веществ;
  • - небрежное хранение огнестрельного оружия;
  • - незаконная пересылка легковоспламеняющихся или едких веществ.

В настоящее время вопросы ответственности за правонарушения в сфере общественной безопасности регулируются Уголовным кодексом РФ, и Кодексом об административных правонарушениях РФ.

Уголовный кодекс содержит главу 24 «Преступления против общественной безопасности» . Глава включает в себя тридцать составов, в том числе террористическая деятельность, захват заложника, бандитизм, угон судна воздушного или водного транспорта либо железнодорожного подвижного состава, хулиганство, незаконное изготовление и хранение оружия, нарушение требований пожарной безопасности и т.п.

Говоря об уголовно-правовой трактовке категории «общественная безопасность» Е.В. Безручко отмечает, что «уголовно-правовое понимание общественной безопасности как объекта посягательств содержит видовой аспект, связанный с оценкой источника угрозы. Предлагаемые в рамках такого подхода дефиниции опираются на понимание общественной безопасности как объекта группы преступлений, но не удовлетворяет требованиям социального содержания данного термина, значимости общественной безопасности как условия функционирования общества и всех его членов» .

Представляется интересным следующий факт. С точки зрения Уголовного кодекса любое преступление это общественно опасное деяние. Иными словами – опасное для общества. Таким образом, если рассматривать этот момент с чисто терминологической стороны, то получается, что любое преступление в рамках УК РФ будет являться угрозой общественной безопасности. Безусловно, такой подход хотя и кажется логичным, но не является правильным, если применить телеологическое толкование нормы кодекса о понятии и признаках преступления. Признак общественной опасности скорее означает не опасность для общества в целом, а для конкретного элемента общества в конкретный момент.

Кодекс РФ об Административных правонарушениях содержит главу 20 «Административные правонарушения, посягающие на общественный порядок и общественную безопасность» , при этом разграничение правонарушений по объектам посягательств (общественная безопасность и общественный порядок) в рамках главы не проводится. Сравнительный анализ соответствующих норм УК РФ и КоАП РФ показал, что некоторые административные правонарушения в сфере общественной безопасности дублируют соответствующие уголовные преступления (например, правонарушения, связанные с незаконным оборотом оружия, с нарушениями пожарной безопасности). Безусловно, это представляется вполне логичным, потому как посягательство осуществляется на те же объекты, а вид ответственности определяется в таком случае общественной опасностью действий (бездействия) и наступившими последствиями.

Заслуживает внимания тот факт, что хулиганство отнесено к уголовному преступлению в сфере общественной безопасности, но выражается оно в грубом нарушении общественного порядка. А «мелкое хулиганство» согласно КоАП РФ есть «нарушение общественного порядка». То есть можно сделать логичный вывод, что грубое нарушение общественного порядка является покушением на общественную безопасность. Это, в первую очередь, говорит о том, что законодатель толкует категорию «общественный порядок» узко, подразумевая под ней «порядок в общественных местах». Здесь налицо практическое применение теоретической проблемы соотношения категорий «общественная безопасность» и «общественный порядок», которую мы затрагивали в предыдущем параграфе.

Сравнительный анализ норм УК РФ и КоАП как законодательных актов, очерчивающих круг правонарушений, посягающих на общественную безопасность дал нам основание полагать, что законодательная трактовка понимания общественной безопасности несколько уже, чем ее представляют некоторые исследователи. В частности, ряд авторов в сферу общественной безопасности включают безопасность дорожного движения , что не соответствует законодательной трактовке.

Общественные отношения в сфере общественной безопасности регулируются также и подзаконными актами. К ним можно отнести, например, Указ Президента РФ от 14.06.2012 № 851

«О порядке установления уровней террористической опасности, предусматривающих принятие дополнительных мер по обеспечению безопасности личности, общества и государства» .

Говоря о концептуальных и доктринальных документах, следует, прежде всего, отметить «Стратегию национальной безопасности Российской Федерации до 2020 года». Документ содержит Подраздел «Государственная и общественная безопасность». Д.В. Ирошников на этот счет высказал грамотное замечание, что «с точки зрения юридической техники данный подраздел заслуживает обоснованной критики, так как в нем четко не разграничены вопросы государственной и общественной безопасности, а стратегические цели и источники угроз для указанных видов безопасности соединены» , что еще раз указывает на необходимость разработки отдельного доктринального документа, посвященного общественной безопасности.

Категория «национальная безопасность» долгое время в законе и официальных документах  раскрывалась через три составляющие: «личность, общество, государство». В частности, в принятой в 2009 году Стратегии национальной безопасности такой подход имеет место быть. Кроме того, его активно используют ученые . Так, например, Е.И. Умрихина пишет: «Под безопасностью как базовой потребностью человечества мы понимаем состояние защищенности личности, имущества, общества и государства от различного рода угроз»  разбавляя данный подход категорией «имущество».

М.Ю. Зеленков приводит интересное убеждение о некорректности использования данной триады.

  • Во-первых, два понятия - лицо как целостность человека и личность как его социальный и психологический облик терминологически различимы. Также различимы в современной науке понятия человек, индивид, личность, гражданин, особь и т.д. Таким образом, в качестве объекта обеспечения безопасности, не следуя традициям гуманизма, выделен социально-психологический абстракт, а не живой из плоти и крови человек. Кроме того, как быть с обеспечением безопасности детей и других людей которые еще или уже не являются личностями?
  • Во-вторых, каким образом возможно обеспечение в меньшем (государстве) безопасности большего (общества), в части безопасности целого, в элементе безопасности системы, в институте всего социума и т..? Следует напомнить, что государство, только лишь в совокупности с гражданским обществом составляет общество. Государство это всегда лишь часть общества, и уменьшающаяся в сегодняшней России часть.
  • В-третьих, с позиций формальной логики Аристотеля неверно, что объекты обеспечения безопасности расставлены в следующей последовательности: личность, общество, государство так, как объем (денотат, предметное значение, экстенсионал) понятия "общество" шире чем объем понятия «государство». Правильнее последовательность: человек, государство, общество.
  • В-четвертых, в качестве объекта обеспечения безопасности не выделена окружающая среда. Не люди, не государство, не общество не могут быть в безопасности вне среды существования. Без нее можно вести речь лишь о какой-то эфемерной безопасности.

В 2010 году с принятием нового федерального закона, законодатель отказался от такой модели. В частности, в рамках принципов обеспечения безопасности новый закон заменяет конструкцию «личность-общество-государство» на категории «гражданин», «общественные объединения» «органы государственной власти». По мнению Д.В. Ирошникова такой вариант данного принципа представляется более точным, так как государство осуществляет свою деятельность посредством государственных органов, общество взаимодействует с государством через общественные объединения, и категория «личность» в старом принципе представляется спорной, так как включает малолетних, а также недееспособных лиц . Нам представляется, что с автором можно согласиться лишь отчасти. С одной стороны, общество как таковое весьма спорно можно считать субъектом права, но это замечание относится лишь к тому случаю, когда общество рассматривается как субъект в процессе обеспечения безопасности (в частности, в рамках рассматриваемого принципа). В другой же интерпретации – как объект – категория общество как нельзя лучше подходит для характеристики общественной безопасности. Такое же замечание можно сделать и к категории личность: не смотря на то, что она включает малолетних и недееспособных лиц, они вполне должны быть объектом обеспечения безопасности.

Рассмотрев вопросы закрепления основ общественной безопасности в действующих нормативных правовых актах можно согласиться с мнением М.Ю. Зеленкова, о том что «действующие нормативные документы не дают возможность провести классификацию видов национальной безопасности» . Проведенный ученым сравнительный анализ федеральных законов, стратегий, доктрин, концепций показывает, что каждый нормативный документ, поскольку он готовился в конкретном ведомстве и не проходил научной корректировки и согласования во всех заинтересованных ведомствах и научном сообществе, устанавливает свои виды национальной безопасности и их трактовку . Так, И.Б. Кардашова указывает, что отсутствие единого подхода к основному понятийному аппарату в области национальной безопасности, а именно слабая проработка в российском законодательстве категорий «национальная безопасность», виды национальной безопасности – «общественной безопасности», «государственной безопасности» и др . По ее мнению «в настоящее время необходима теоретическая разработка понятия общественная безопасность как методологической основы для решения правовых, организационных, правоприменительных и иных задач» . До сих пор отсутствует единый подход к основному понятийному аппарату в области обеспечения общественной безопасности, а именно слабая проработка в российском законодательстве категорий «общественная безопасность», «виды общественной безопасности» .

Подводя итог, следует отметить, что пока еще в действующих нормативных правовых актах категория «общественная безопасность» не получила должной разработки, причем, прежде всего, в теоретическом плане.

При этом отсутствие легального определения понятия общественной безопасности порождает не только теоретические, но и практические проблемы. Так, например, в статье 30 Федерального закона «Об общественных объединениях» указано, что «федеральным законом могут устанавливаться виды имущества, которые по соображениям государственной и общественной безопасности… не могут находиться в собственности общественного объединения» . Данную норму закона весьма сложно применить без нормативного закрепления основ общественной безопасности. Те же проблемы могут возникнуть при применении нормы Федерального закона Федеральный закон «О свободе совести и о религиозных объединениях» о том, что « основаниями для ликвидации религиозной организации и запрета на деятельность религиозной организации или религиозной группы в судебном порядке является… нарушение общественной безопасности и общественного порядка». Причем речь не идет о привлечении к ответственности за правонарушение или преступление, а именно о нарушении религиозным объединением общественной безопанстности.

Изложенное говорит о необходимости дальнейших правовых исследований данной категории в целях формирования комплексной правовой доктрины общественной безопасности.

0
Ваша оценка: Нет Средняя: 6.7 (10 голосов)
Комментарии: 4

Кручинин Сергей

Добрый день Руслан Владимирович! В статье Вы освещаютете проблемы правового регулирования вопросов общественной безопасности – важный вопрос современности. В частности, предпринята попытка проанализировать понятие «общественная безопасность», присутствующее в многочисленных нормативных правовых актах. Вы приходите к выводу о том, что пока еще в действующих нормативных правовых актах категория «общественная безопасность» не получила должной разработки, причем, прежде всего, в теоретическом плане. При этом, отсутствие легального определения понятия общественной безопасности порождает не только теоретические, но и практические проблемы. Можно подробнее остановиться на проблемах, вытекающих из пробелов современного законодательства в отношении исследуемого вопроса. В своем трактате Вы указываете на следующие «белые пятна» в законодательстве об общественной безопасности – отсутствие единого подхода к основному понятийному аппарату в области обеспечения общественной безопасности и слабую проработку в российском законодательстве категорий «общественная безопасность», «виды общественной безопасности»». Вам следует также остановиться на путях решения данного вопроса, предложить оптимальную, трактовку данного понятия, составленную на основе суждений различных исследователей и характеристику ее видов. Данное исследование может быть дополнено изучением проблем систематизации законодательства об общественной безопасности и выявлением путей их решения. С Ув. и пожелания дальнейших успехов!

Королев Евгений Сергеевич

Затронутая автором тематика является поистине актуальной и злободневной. Являясь магистрантом именно такого университета как Институт права и национальной безопасности, хочется отметить, что национальная безопасность и тенденции её увеличения повлияли на многие процессы нашего окружающего правового пространства.

Семенцул Сергей

Проблема обеспечения общественной безопасности имеет комплексный, многогранный характер: можно говорить об экономических, политических, организационных аспектах обеспечения общественной безопасности. Вместе с тем право также не может оставаться в стороне от решения проблем безопасности. Более того, правовому аспекту должна принадлежать ведущая роль. В своей статье это автор указал.

Тойво Таннинг

Уважаемый Руслан Пузиков! Статья интересная. С пожеланием творческих успехов Toivo Tanning
Комментарии: 4

Кручинин Сергей

Добрый день Руслан Владимирович! В статье Вы освещаютете проблемы правового регулирования вопросов общественной безопасности – важный вопрос современности. В частности, предпринята попытка проанализировать понятие «общественная безопасность», присутствующее в многочисленных нормативных правовых актах. Вы приходите к выводу о том, что пока еще в действующих нормативных правовых актах категория «общественная безопасность» не получила должной разработки, причем, прежде всего, в теоретическом плане. При этом, отсутствие легального определения понятия общественной безопасности порождает не только теоретические, но и практические проблемы. Можно подробнее остановиться на проблемах, вытекающих из пробелов современного законодательства в отношении исследуемого вопроса. В своем трактате Вы указываете на следующие «белые пятна» в законодательстве об общественной безопасности – отсутствие единого подхода к основному понятийному аппарату в области обеспечения общественной безопасности и слабую проработку в российском законодательстве категорий «общественная безопасность», «виды общественной безопасности»». Вам следует также остановиться на путях решения данного вопроса, предложить оптимальную, трактовку данного понятия, составленную на основе суждений различных исследователей и характеристику ее видов. Данное исследование может быть дополнено изучением проблем систематизации законодательства об общественной безопасности и выявлением путей их решения. С Ув. и пожелания дальнейших успехов!

Королев Евгений Сергеевич

Затронутая автором тематика является поистине актуальной и злободневной. Являясь магистрантом именно такого университета как Институт права и национальной безопасности, хочется отметить, что национальная безопасность и тенденции её увеличения повлияли на многие процессы нашего окружающего правового пространства.

Семенцул Сергей

Проблема обеспечения общественной безопасности имеет комплексный, многогранный характер: можно говорить об экономических, политических, организационных аспектах обеспечения общественной безопасности. Вместе с тем право также не может оставаться в стороне от решения проблем безопасности. Более того, правовому аспекту должна принадлежать ведущая роль. В своей статье это автор указал.

Тойво Таннинг

Уважаемый Руслан Пузиков! Статья интересная. С пожеланием творческих успехов Toivo Tanning
Партнеры
 
 
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
Would you like to know all the news about GISAP project and be up to date of all news from GISAP? Register for free news right now and you will be receiving them on your e-mail right away as soon as they are published on GISAP portal.