facebook
twitter
vk
instagram
linkedin
google+
tumblr
akademia
youtube
skype
mendeley
Wiki
Global international scientific
analytical project
GISAP
GISAP logotip

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ИНФОРМАЦИОННАЯ ПОЛИТИКА: ОНТОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ ДЕФИНИРОВАНИЯ

Автор Доклада: 
Юдин И. В.
Награда: 
ГОСУДАРСТВЕННАЯ ИНФОРМАЦИОННАЯ ПОЛИТИКА: ОНТОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ ДЕФИНИРОВАНИЯ

УДК 32:001.4

ГОСУДАРСТВЕННАЯ ИНФОРМАЦИОННАЯ ПОЛИТИКА: ОНТОЛОГИЧЕСКИЕ ОСНОВАНИЯ ДЕФИНИРОВАНИЯ

Юдин Иван Валерьевич, кандидат политических наук
Московский энергетический институт (Технический университет)

В статье речь идет о сущности категории «государственная информационная политика». Автором представлен философско-политический анализ наиболее важных подходов к определению самой категории, а также оснований государственной информационной политики. Проведенный анализ существующих концептов позволил автору последовательно сформировать собственное понимание феномена государственной информационной политики.
Ключевые слова: политика, государственная информационная политика, коммуникация, информация, массовая информация

В современных условиях повышения значимости информации пришло осознание странами и важности государственной информационной политики. В конце XX в. вопрос о необходимости формирования и реализации основ информационной политики был поставлен на повестку дня и в Российской Федерации. Важным результатом деятельности органов государственной власти и управления в этой области явилась разработка и принятие Концепции государственной информационной политики и Доктрины информационной безопасности Российской Федерации. Тем самым государство признало информационную политику одним из элементов системы государственного управления.

Государственная информационная политика, как один из важнейших элементов системы управления государством, несомненно, нуждается в теоретическом обосновании. Информационную политику в качестве практической сферы деятельности можно рассматривать сквозь призму целого ряда наук или научных концепций – философии, социологии, истории, политологии и ряда других.

Одним из сущностных оснований информационной политики в общефилософском контексте является понятие «государственная политика». Можно согласиться с мнением современного исследователя Ю.А. Нисневича, считающего, что, в конечном счете, вся «совокупность целей и способов их достижения, стратегии и тактики управления, принципов и методов выработки и реализации управленческих решений для регулирования и развития определенной сферы (экономической, социальной, информационной, внешнеполитической и т.д.) жизнедеятельности общества и государства составляет суть государственной политики в той или иной сфере» [1, с. 4].

Само понятие «политика» в истории политической мысли трактуется неоднозначно. Феномен политики, к примеру, Аристотель рассматривал как вид общения, усматривая природу определяемого феномена в коллективной, целенаправленной деятельности в интересах общества [2].

В самом широком смысле политику можно трактовать как особую сферу жизнедеятельности людей, связанную с властными отношениями, с государством и государственным устройством, социальными институтами, которые призваны функционировать и действовать в соответствии с законами, принципами и нормами и тем самым гарантировать жизнеспособность граждан разных сообществ людей, реализацию их общей воли, интересов и потребностей.

Информационная сфера, как показывает мировая практика, является одним из важнейших объектов государственного управления, в частности, реализации государственной информационной политики. Информационное взаимодействие между органами власти, внутри общества, внутри власти – непременное условие устойчивого развития государства, его единства и целостности.

Понятие «информационная политика» в рамках современных концептов основано на понятиях «коммуникация» и «информация».

В самом простом понимании коммуникация – это процесс распространения информации. Иначе говоря, если коммуникация – механизм, общение, то информация – содержательная сторона такого общения. Однако при всей внешней простоте понятие «коммуникация» лежит в основе ряда теоретических концепций, являющихся основой разработки и реализации информационной политики.

В современной литературе существует ряд различных определений коммуникации. Прежде всего, согласимся, что в самом общем плане коммуникация представляет собой «процесс взаимодействия и способы общения, позволяющие создавать, передавать, принимать разнообразную информацию посредством общей системы символов (знаков), языковых знаков, в частности» [3, с. 8].

По мнению американского социолога Чарльза Кули под коммуникацией следует понимать «механизм, с помощью которого осуществляются и развиваются человеческие взаимоотношения» [4, с. 379]: все «символы, заключенные в разуме, а также средства для передачи их в пространстве и сохранения во времени» [5, с. 210].

Несомненно, данное определение является чрезвычайно размытым, однако Ч. Кули прямо указывает на важность процессов коммуникации для жизнедеятельности общества.

Г. Гербнер, определяя коммуникацию, как «социальное взаимодействие, осуществляемое с помощью сообщений» [6, p. 44], акцентирует внимание на важной социальной роли, а также нелинейности процесса коммуникации. Напротив, как процесс однонаправленный, линейный, лишенный обратной связи, определяют коммуникацию американские социологи С. Теодорсон и А. Теодорсон [7].

В.П. Конецкая, акцентируя внимание на том, что коммуникация представляет собой «социально обусловленный процесс передачи и восприятия информации в условиях межличностного и массового общения по разным каналам при помощи различных коммуникативных средств» [8, с. 9], не делает различия между массовой и межличностной коммуникацией. В парадигме политологического исследования, как механизм общения и взаимодействия общественных субъектов, определяет коммуникацию С.В. Коновченко [9]. Более узко, как однолинейно направленный процесс «субъект-объектных отношений» трактует понятие коммуникации социолог Т.В. Науменко [10].

Наиболее точно с точки зрения системного анализа явления, по нашему мнению, коммуникацию понимает социолог Ф.И. Шариков: «Под коммуникацией в широком смысле понимается и система, в которой осуществляется взаимодействие, и процесс взаимодействия, и способы общения, позволяющие создавать, передавать и принимать разнообразную информацию» [11, с. 5].

Систематизируя рассмотренные подходы и трактовки понятия коммуникации, можно сделать вывод о том, что в широком смысле коммуникация – это передача информации от одного человека к другому, способ доведения индивидом до других людей идей, фактов, мыслей, чувств и ценностей.

Говоря о коммуникациях в рамках формирования и реализации государственной информационной политики, следует иметь в виду, прежде всего массовую коммуникацию.

Впервые научное изучение массовой коммуникации провел немецкий социолог Макс Вебер, который с точки зрения «понимающей» социологии заложил научные принципы изучения массовой коммуникации, а также ее роли в социуме.

Как и более общая дефиниция «коммуникация», понятие «массовая коммуникация» в литературе трактуется неоднозначно. «Массовая коммуникация, – отмечает Р. О’Хара, – подразумевает процесс передачи идентичных сообщений большому числу людей, практически разобщенных. Понятие «средства массовой коммуникации» относится к инструментам, с помощью которых этот процесс становится возможным» [12, p. 6].

С точки зрения сторонников институционального подхода к изучению коммуникативных процессов массовые коммуникации «есть институты, техника, с помощью которых специализированные группы используют технологические средства (прессу, радио, кино и т.д.) для распространения символического содержания на большие, гетерогенные и чрезвычайно рассеянные аудитории» [13, с. 7].

Вторая половина XX века характеризуется теориями, которые связывают эволюцию человечества с изменением значимости информации и коммуникации. Эти теории сегодня являются основополагающими в социальной философии. Интересно в этой связи напомнить, что еще в 20-е годы ученый-исследователь К. Ясперс отметил, что «коммуникация заменила общественный договор» [14, s. 37].
В современной науке известно множество теоретических подходов к понятию «информация».

Исследователи С.В. Коновченко и А.Г. Киселев рассматривают информацию как «первоначально – сведения, передаваемые людьми устным, письменным или другим способом (с помощью условных сигналов, технических средств и т.д.); уменьшаемая, снимаемая неопределенность в результате получения сообщений; передача, отражение разнообразия в любых объектах и процессах (неживой и живой природы)» [15, с. 34-35]. При всей внешней привлекательности данное определение, тем не менее, не отражает главного - динамической сущности информации. Кроме того, информация не всегда заключает в себе неопределенность.

Комиссия европейских Сообществ в рекомендациях по построению информационного общества в государстве дает следующее определение информации: «Информация – любое содержание любого носителя (зафиксированное на бумаге или сохраняемое в электронном формате, в виде звуковой, визуальной или аудиовизуальной записи)» [16].

С нашей точки зрения, данное определение охватывает достаточно узкий спектр рассматриваемого явления, поскольку не учитывает природу предметов, каждый из которых несет в себе какую-либо информацию. В этом смысле нам ближе позиция современного отечественного исследователя В.Д. Попова, предложившего руководствоваться несколькими теоретическими подходами к понятию «информация», определяя ее, прежде всего, как передачу сообщения (докибернетическое определение), с точки зрения атрибутивного подхода, как свойство материи, с точки зрения функционального подхода – как функционирование самоорганизующихся и организуемых систем. По мнению ученого, в философско-социальном плане «информация – это передача, циркулирование многообразия отраженного и взаимоотраженного многообразия жизненного пространства человека» [17, с. 22]. Данное определение, хотя и не является идеальным, но довольно точно отражает социально-философскую природу информации.

Исходя из данной трактовки информации, В.Д. Попов предлагает свое определение информационной политики, рассматривая ее с двух точек зрения: с точки зрения контроля над властью средств массовой информации и допуска их к общественно-значимой информации и с позиции владения и использования ими этой информации в рамках обладания так называемой «четвертой властью». Автор определяет информационную политику, как «способность и возможность субъектов политики оказывать воздействие на сознание, психику людей, их поведение и деятельность с помощью информации в интересах государства и гражданского общества» [17, с. 11-12]. Как считает исследователь, в широком смысле слова информационная политика – «это особая сфера жизнедеятельности людей (политиков, ученых, аналитиков, журналистов, слушателей и читателей и т.д.), связанная с воспроизводством и распространением информации, удовлетворяющей интересы государства и гражданского общества, и направленная на обеспечение творческого, конструктивного диалога между ними и их представителями» [17, с. 12].

Как представляется, данное определение нуждается в уточнении, так как оставляет в стороне технико-технологическую составляющую информационной политики, в том числе такое важное ее направление, как разработка и внедрение информационных технологий.

Другое определение информационной политики дает А.И. Ракитов, по мнению которого «информационная политика представляет собой особую деятельность по достижению социально значимых целей» [18, с. 10]. Очевидно, что такое общее определение не может раскрыть сути понятия, так как область его применения может быть довольно широкой. Такая характеристика применима к любому виду политики, в том числе и информационной. Тем не менее, данное определение дает основание сделать вывод, что объектом информационной политики в широком смысле является вся информационная сфера жизни общества.

Весьма интересна точка зрения Ю.А. Нисневича, предложившего рассматривать государственную информационную политику «как совокупность целей, отражающих национальные интересы в информационной сфере, стратегии, тактики управленческих решений и методов их реализации, разрабатываемых и реализуемых государственной властью для регулирования и совершенствования, как непосредственно процессов информационного взаимодействия во всех сферах жизнедеятельности общества и государства, так и процессов технологического (в широком смысле) обеспечения такого взаимодействия» [1, с. 22].

Данное определение, хотя, на первый взгляд, и отражает все составляющие информационной политики государства, тем не менее, также не идеально. В частности, совокупность целей, отражающих те или иные национальные интересы, лежит в идеологической плоскости, которая и определяет необходимость наличия на государственном уровне той или иной политики.

Именно в идеологическом ключе без достаточного учета функциональной и коммуникативной составляющей, как нам представляется, определяет информационную политику государства Концепция государственной информационной политики Российской Федерации, как «совокупность целей, отражающих национальные интересы России в информационной сфере, стратегических направлений их достижения (задач) и систему мер их реализующих» [19].

Следует критически отнестись и к определению информационной политики исследователя В.Ф. Халипова, отражающему другую крайность и концентрирующему внимание только на ее технико-технологической составляющей. Как утверждает автор, информационная политика – «это система современных мероприятий, направленных на развитие процессов формирования, преобразования, хранения, передачи и использования всех видов информации, эффективное решение проблем создания, внедрения и использования средств компьютерной и информационной техники, средств связи и технических носителей записи, а также комплексного использования информационных систем в управленческой деятельности» [20, с. 220].

Еще одно определение информационной политики дает А.Г. Плитко, видя в ней «деятельность акторов информационного пространства по артикуляции, агрегированию и презентации своих интересов посредством производства и передачи значимой для них информации ради достижения поставленных ими целей» [21, с. 48].

В целом приведенное определение информационной политики, несмотря на его политологический контекст, представляется довольно размытым, так как практически не детерминировано интересами государства и общества. С другой стороны, его достоинством является учет состояния информационного пространства в контексте разработки и реализации информационной политики.

Западный ученый-исследователь У.Дж. Мартин, не давая определения информационной политики, тем не менее, отмечает, что «ключевыми элементами процесса осуществления информационной политики являются: идентификация информационных потребностей общества, разработка средств удовлетворения этих потребностей, стимулирование эффективного использования информационных ресурсов. Центральный принцип информационной политики заключается в доступе к информации. Структуры, которые обеспечивают такой доступ, оказываются по определению структурами информационной политики, даже если они обычно идут под рубриками информационной технологии, инноваций, телекоммуникаций и так далее» [22, с. 8].

Безусловно, государственная информационная политика изначально основана на построении информационного пространства в государстве, которое представляет собой, прежде всего, «совокупность пересекающихся информационных сфер гражданского общества, государственной власти и местного самоуправления» [1, с. 23].

Таким образом, анализ основных концептов государственной информационной политики позволяет определить информационную политику государства (государственную информационную политику), как деятельность органов государственной власти и управления по разработке комплекса мер по выявлению и удовлетворению информационных потребностей в обществе в рамках единого информационного и культурно-коммуникационного пространства посредством разработки, внедрения и эффективного использования современных информационных продуктов и технологий.

Сегодня в России ключевой проблемой в сфере государственной информационной политики является отсутствие до настоящего времени официально провозглашенной и общепризнанной национальной стратегии информационного развития, которая должна определять научно проработанные концептуальные основы такой политики.

Литература:

  • 1. Нисневич Ю. А. Информационная политика России: проблемы и перспективы. – М., 1999.
  • 2. Аристотель. Политика. Метафизика. Аналитика. – М.: Москва Эксмо, 2008.
  • 3. Авсеенко Н.А. Теория и практика межкультурной коммуникации. – М., 2005.
  • 4. Кули Ч. Общественная организация. Изучение углубленного разума / Пер с англ. А. Марченко // Тексты по истории социологии XIX-XX веков: Хрестоматия. – М., 1994.
  • 5. Терин В., Шихирев П. Массовая коммуникация как объект социологического анализа // Массовая культура: иллюзии и действительность. – М., 1975.
  • 6. Gerbner G. Mass Media and Human Communication Theory. In; Dance F.E.X. (ed.) Human Communication Theory. – N.Y., 1967.
  • 7. Theodorson S.A., Theodorson A.G. Modern Dictionary of sociology. – N.Y., 1969.
  • 8. Конецкая В.П. Социология коммуникации: Учебник. – М., 1997.
  • 9. Коновченко С.В. Власть, общество и печать в России. – Ростов-н/Д., 2003.
  • 10. Науменко Т.В. Социология массовой коммуникации. – СПб., 2005.
  • 11. Шарков Ф.И. Основы теории коммуникации. – М., 2002.
  • 12. O’Hara R. Media for the Millions. – N.Y., 1964.
  • 13. МакКуэйл Д. Теория массовой коммуникации // Контексты современности – 2. Хрестоматия. – Казань, 1998.
  • 14. Jaspers K. Die Idee der Universitat. – B., 1923.
  • 15. Коновченко С.В., Киселев А.Г. Информационная политика в России. Монография. – М., 2004.
  • 16. Commission of the European Communities (2001), «Europe 2002: Creating an EU Framework for the Exploitation of Public Sector Information», Brussels, Belgium, 23.10.2001 COM (2001) 607 final.
  • 17. Попов В.Д. Информациология и информационная политика. – М., 2001.
  • 18. Ракитов А.И. Информационная технология и информационная политика: научно-информационное исследование. – М., 1994.
  • 19. Концепция государственной информационной политики Российской Федерации. Принята государственной Думой Федерального Собрания Российской Федерации 15 октября 1998 г. / Под ред. О. Финько. – М., 1999. Глава 1
  • 20. Халипов В.Ф. Власть. Основы кратологии. – М., 1995.
  • 21. Плитко А.Г. Государственная информационная политика Российской Федерации: понятие, принципы и направления реализации. Дисс… канд. полит. наук. – М., 2005.
  • 22. Мартин У. Дж. Информационное общество. – М., 1989. 
8.33333
Ваша оценка: Нет Средняя: 8.3 (3 голоса)
Партнеры
 
 
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
Would you like to know all the news about GISAP project and be up to date of all news from GISAP? Register for free news right now and you will be receiving them on your e-mail right away as soon as they are published on GISAP portal.