facebook
twitter
vk
instagram
linkedin
google+
tumblr
akademia
youtube
skype
mendeley
Wiki
Global international scientific
analytical project
GISAP
GISAP logotip
Перевод страницы
 

Неизменяемые этнонимы: к вопросу об их происхождении

                       Неизменяемые этнонимы: к  вопросу  об их происхождении
Galina Lagoshnyak, преподаватель, кандидат филологических наук

Николаевский национальный университет им. В.А. Сухомлинского, Украина

Участник конференции

The invariable antonyms are characterized not only by their denotation but also through the diverse logical and cultural language bounds that, alongside with the etymological meaning, determine and reflect all the variety of its content.

 

В языке каждого народа обнаруживаются различные групповые обозначения людей, связанные с положением в обществе, с профессией, религиозными воззрениями, политическими взглядами, территориальной и национальной принадлежностью, различными идеалами.

История возникновения и развития этнической лексики неотделима от истории становления человеческого общества. Этническое имя, будучи продуктом деятельности человеческого сознания, является «внешним признаком осознания людьми своей принадлежности к тому или иному этносу» (7, с.6). В этой связи целесообразно вспомнить о точке зрения Л.Н.Гумилева, который писал: « Объединиться в этнос нельзя, так как принадлежность к тому или другому этносу воспринимается  самим субъектом непосредственно, а окружающими констатируется как факт, не подлежащий сомнению. Следовательно, в основе этнической диагностики лежит ощущение» (1, с.49) Значит, ощущение самого себя единицей того или  иного этнического организма находит свое самовыражение в наименовании, которое выбирается народом, дабы противопоставить  себя другому народу, т.е. в самоназвании. Наряду с автоэтнонимами (самоназваниями), этнические единицы имеют и названия, данные со стороны, которые, как предполагают, появились одновременно. Появляясь в языке с единственной целью – дать имя тому или иному народу, этнические названия могли возникать из различных источников, и потому уловить их природу не всегда возможно.  Это подтверждается точкой зрения М.Моэрмана, который считает, «что этноним является частью языка и, следовательно, представляет собой немотивированный знак. Как и всякий немотивированный знак, он может быть полисемантичен» (3, с.29). Однако, как показывают исследования этимологии  этнических имен, этнонимы имеют социально-исторически обусловленную семантическую мотивацию, в которой находит отражение отношение народа с окружающим его миром.

«Все этнонимы образованы из слов, наличных в языке, способами и средствами этого языка» (9, с. 25). Слово, выбранное тем или иным этносом для своего называния, проходит процесс пересемантизации, утрачивая свои прежние этимологические связи и приобретая совершенно новое значение. В.А.Никонов отмечает: «…у этнонимов три плана значений: доэтнонимическое (этимологическое), часто утраченное полностью или частично; собственно этнонимическое – само реальное содержание этнонима, т.е. соотнесенность с обозначаемым им объектом; отэтнонимическое, которое может и не возникнуть»(6,с.12).

Анализ происхождения выявленных нами неизменяемых этнонимов показывает, что в большинстве случаев самоназвания имеют значение «человек», «люди»: амахаг «человек», нисю или ни «люди», арленг «человек», бура «люди», хиви «люди», ваюу «люди», на-дене «люди», кхму «человек», сото «человек», мумуйе «люди», ня «человек», иха «люди».

Такие самоназвания возникли, вероятно, в процессе становления и развития этноса, когда человек осознал себя как человек и выделил из мира живой природы, но еще не противопоставил себя представителямдругих этносов. Как известно, еще в XIXвеке на Украине крестьяне на вопрос об их национальной принадлежности часто отвечали: «Мы люди» (иногда: «Ми християни»).

У ряда этнонимов значение «человек», «люди» осложняется различными качественными характеристиками:  хуни куи «настоящие люди», найшан-дина «настоящий народ», кой-коин «люди людей», палива «первые люди», ленапе «настоящий человек», экзоэтноним лису «люди с черной костью», экзоэтноим мангиан «дикие люди», немена «настоящие люди», сери «быстрые люди», тохол виникотик «настоящие люди», моки «мирные, хорошие люди», ямана «живущие люди». В этой группе следует выделить такие наименования, где опускаются слова «люди», «человек», а  сохраняется определение к ним (здесь экзоэтнонимы преобладают): чипевьян «те, у кого острая кожа», сельтала «пришедшие со стороны», хикаке «прежние обитатели», фульбе «рассеянные», «распыленные», рарамури «легконогие»,нгок «курчавые», сим-а-но-ле «беглец», «дикий», неперсе «проткнутые носы», пополоко «дикарь».

Большой пласт самоназваний отражает их дифференциацию по хозяйственно-культурным типам. По поводу данной группы А.В.Суперанская отмечает: «Этнонимы, отражающие хозяйственную специализацию, возникают не изолированно, а как антитеза этнонима другого хозяйственно-культурного значения. Значительная часть этнонимов,как будто бы показывающих место обитания, оказываются связанными с типологизацией по хозяйственно-культурному признаку» (2, с.76).Соглашаясь с мнением А.В.Суперанской, к одному типу относим самоназвания и экзоэтнонимы, дающие информацию о месте проживания и о роде занятий: мапуче «люди земли», ах-кех «охотник а оленей», бадага «северный», оранг-лаут «люди моря», сунгей «люди реки», бирхор «лесной человек», бру «человек, живущий в лесу», букиднон «горные жители», тярай, «люди водопадов», ибанаги «речные люди», оранг-дусун «люди отдаленных от берега районов», канза «люди южного ветра», кай «южный ветер», качин «дикие горцы», хоил-ра –уа « житель деревень».

Среди наименований встречаются и такие, в значениях которых нашли отражение отношения людей с животными или тотемами данного этноса: ораримудоге «люди рыбы орари», ироку «настоящие гадюки», корегуахе от «коре» - «клещ» и «гуахе» - «люди», кроу «ворон», апсарока «дети птицы с большим клювом», уранг авак «побеждающий буйвол», мандуруку от названия муравьев на языке одного из соседних племен, нага «змеи нага», синхала «львиный род», сиу – французское искажение слова «змея», кидикитташе «еноты», цоцлем «люди летучей мыши», бакатла «происшедшие от обезьяны», бануона «происшедшие от крокодила», батлапи «происшедшие от рыбы», андалах «утка», гурпан, сасыл «лисица».

Помимо указанных, можно выделить тип самоназваний (изредка экзоэтнонимов), обозначающих религиозные воззрения того или иного народа: аль-муваххидун «исповедующие единство божие», луисеньо – азвание дано по католической миссии Сан-Луис–Рей, наорайе Д’Йахйа «испонители заветов святого Иоанна (Крестителя)», хальмг – по-видимому , от тюркського слова буквально «остаток», обозначает ойратов, не принявших ислам; хуєй, хуєй минь, хуєй-цзу- все три этнонима «мусульмане».

История возникновения этнических наименований показывает, что в этнонимике действует тот же «закон ряда», который сформулирован для топонимики В.А.Никоновым. Суть его заключается в том,  что «названия  не возникают в одиночку, они соотнесены друг с другом они стоят как бы в ряду названий, коротком, это пара названий, или более длинном» (5, с. 95). Закон отражает тот факт, что этнонимы возникали не сами по себе, изолированно, а выражали определенные межэтнические связи, что подтверждается следующей группой примеров, в состав которой отнесены этнонимы со значеним противопоставления одного народа , племени другому по принципу «свой», «наш», «друг» - «чужой», «враг» : абалуйя «сородичи», вейдьене «наши люди»,  команчи «враги», панаре «друг», сиу «враг»(наличие другой версии указывалось ранее), тоуэйо «наш сосед», маарахвас «народ нашей земли», инуаина «наш народ», намуй мисак «наши люди», дзи-тсис-тас «наши люди», кубео «другие люди», чухи «враги».К этой группе примыкают наименования, в которых дается ссылка на принадлежность к определенной языковой группе – «народ, говорящий на языке», - что также дает возможность отделить один народ от другого: чайеннны «люди чужого язика», ивитем «говорящие на языке ивиат», халь-пуларен «говорящие на пуларен», тохолабали «истинное слово», ткорти «люди, говорящие на ткорти», шкиптар «говорить понятно».

Особое место, на наш взгляд, занимает группа слов топонимического характера. Внутри нее можно выделить две подгруппы. У этнонимов первой их  происхождение однозначно указывает на соотнесенность с территорией обитания : ата манггераи «люди из Манггараи». , омето – от названия реки Омо, оранг-мелаю «люди страны Мелаю», тау семава «человек Семава», тороббе «люди из Фута-Торо», умаг Эвав «люди Эвава», доу хау «человек Хау», цимшиан «люди реки Скина», бамасаба от Масаба – название г. Элгон, каян – одновременно по названию плоскогорья и реки. Во второй подгруппе, также связанной с топонимами, вызывает затруднение определение, что первично – название племени и по нему топоним или, наоборот, топоним и по нему название этнической группы: дуит (из района населенного пункта Дуитама), попаян (древние жители города Попаян), тумако ( в районе города Тумако), бодо (от тибетского Бод – Тибет), нукус – (Нукус – столица Каракалпакской  республики), марашлу (Мараш – город в Турции).

Приведенные выше этнонимы являются оттопонимическими образованиями, хотя о происхождении некоторых из них существуют различные версии, все же превалирует мнение о первичности топонима.Но нельзя не учитывать и обратный процесс – образование топонимов от этнических найменований. «Особую ценность представляют топонимы этнонимического происхождения. Сохраняя прямое указание на племенную принадлежность отдельных групписконного( а также пришлого) населения, этнонимические топонимы содержат необходимые данные для изучения этнонимической истории народа, позволяют судить о его этнических контактах и этнокультурных связях» (7, с.62).

Исследованию данной проблемы посвящено немало работ (В.А.Скрозникова, Е.М.Поспелов, И.П.Литвин, В.В.Туманова, С.А.Маретина, А.Ф. Рогалев, А.В.Суперанская, Э.М.Мурзаев и другие), которые дают обширный материал для рассмотрения роли неизменяемых этнонимов в образовании топонимической лексики. Надо отметить, что и здесь мнения исследователей порой расходятся. Считается, что появление первых этнотопонимов относится к глубокой древности и связано с общинно-племенным владением землей, поэтому, естественно, и местность, и народ, проживающий на ней, именовались одинаково. «Свидетельством устойчивости и распространения такой номинации служит помещение на картах со времен Птолемея, наряду с названиями населенных пунктов и физико-географических объектов, и названий племен и народов»(9,с.6). Так, названия всех бывших союзных республик СССР и автономий образованы от этнонимов. Насчитывают свыше 50% отэтнонимических образовании среди названий стран Европы, в Азии и Африке – 20-30%, в Америке же «названия стран по этнонимам практически отсутствуют» (9,с.67). Однако данная тенденция отразилась в наименованиях американских штатов. «Известно, что 9 штатов США сохранили в своих названиях следы племенных наименований и самоназваний индейских народов» (9,с.137): алабама – название одного из индейских племен конфедерации криков; арканзас – экзоэтноним, которым индейцы алгонкины называли индейцев племени квопо; айова, канзас; миссури – наименования племен индейцев сиу; мичиган – наименование одного из индейских племен, предполагают, что оно связано с местом проживания племени мичи гума «большая вода», дакота –эндоэтноним индейского племени группы сиу. Многие графства также, очевидно, названы по индейским этнонимам: Гурон, Меномини, Чиппева, Онондага, Сенека, Кейиуга, Чикасо, Чокто, Тьюника. По этнонимам чероки и делавэр названо 8 графств, по этнониму отава – 4 графства в разных штатах. Этноним сиу встречается в названиях в качестве начального элемента : населенный пункт Сиу-Фолс в Южной Дакоте, Сиу-Сити  в Айове. Этноним шони также нашел отражение в ряде географических названий штатов, небольших населенных пунктов и городов: Шонитаун,- город в графствах Галлатин в Иллинойсе и Кейп-Джирардо в Миссури; Шони-он-Делавэр – населенный пункт в графстве Монко в Пенсильвании. Этнический характер присущ  и многим названиям индейских резерваций: Навахо (навахо), Папаго(папаго), Хопи (хопи), Хавасупаи (хавасупаи), Хуапупаи (хуапупаи), Хикарилья (хикарилья), Мескалеро (мескалеро), Саук (саук), Фокс (фокс), Онейда (онейда), Чероки (чероки), Онондага (онондага).  В Сибири много образовано названий от этнонимов сойон, саян. Этнонимы ырху, иркит тюркско-монгольского или самодийского   происхождения дали название Иркутск. В Мексике два населенных пункта Гуасаве и Гуасавито образованы от этнонима гуасаве.  Москитовый берег от этнонима москито/мискито. Карибское море – этнонима карибе, административная область в Чили Араукания – от наименования семьи племени араукано. От этнонимов образованы и такие физико-географические названия: Сицилия, Сулавеси, Фризские и Зондские острова, полуострова Бретань, Ютландия, Финский, Персидский, Арабский заливы, пролив Дарданеллы, озера Эри, Гурон.

В заключение анализа данной группы слов следует отметить наличие тесной связи между этнонимами и топонимами, которые «в различных условиях в разной последовательности выступают в качестве основ друг друга» (9, с.12). Процесс образования этнонимов от топонимов и наоборот довольно активный, «и все же можно утверждать, что чаще названия племен, народов, родов служат строительным материалом географической терминологии» (4, с.38).

Этимологическим источником этнических образований могут служить имена и фамилии вождей племен, служителей культа и разных исторических личностей: тунгару, вероятно, восходит к имени Тангароа, верховного бога полинезийцев; ногай – самоназвание, связанное с именем Золотоордынского правителя XIIIвека Ногая; нусарийя от имени богослова XIвека Мухаммеда ибн Нусайра.

Немногочисленны этнонимы, в основе которых лежит указание на родственные отношения : оранг-мамам «дядя по матери», мам «дед». Значение некоторых соотносится с количеством : пенути «два», хока «два», миджикента «девять поселений». Нельзя оставить без внимания и те наименования, которые по значению представляют единичные случаи и потому не поддаются обобщению и классификации : асанте, асантефо «объединившиеся для войны»,негрито «маленький мир», айова «спинной мозг», байга «колдун», «лекарь», «лжец», бамбара, вероятно, «составляющие основу», «объединиители»; кевийа, возможно, «хозяин», манипури «город драгоценностей», моро «мавр», натчез «воины с высокого обрыва»., пипиль «дети», чаморро, возможно, от чамори «вождь» или от чамаури  «это лучшее»( однако существуют и другие версии), чикасо «ушедшие не так давно».

Рассмотренными значениями мы, однако, не исчерпали всего объема слов этой лексической группы, так как этимология многих из них остается спорной или неизвестной, что позволяет продолжать изыскания в данном направлении.

Этимологический обзор неизменяемых этнонимов (в основном это самоназвания) позволяет более полно осветить проблему функционирования слов указанной лексической группы, поскольку оно теснейшим образом связано с внутренней формой слова, которая так или иначе  обычно раскрывается в тексте. «Как единица языка этническое имя характеризуется предметной отнесенностью, но также многообразными логико-культурными языковыми связями, которые обусловливают и в которых отражается, наряду с этимологическим значением,все многообразие его содержания» (7, с.5).

 

Литература:

1.Гумилев Л.Н. Этногенез и биосфера земли. – Л., ЛГУ, 1989. – 495с.

2.Имя нарицательное и собственное. – М.Наука, 1978. – 206с.

3.Малые народы Индокитая. – М.: Наука, 1983. – 183с.

4.Мурзаев Э.М. География  в  названиях. – М.: Наука, 1982. – Изд.2. –1 76с.

5.НиконовВ.А. Введение в топонимику. М.: Наука, 1965. – 179с.

6.Туманова В.В. Структурные и семантические особенности производящих основ в топонимах (на материале памятников русской деловой письменности XIY–XYIIвв.) – Дис. …к.ф.н., Днепропетровск, 1989. – 204с.

7.Шапошников В.Н. Принципы этнонимии. Этнокультурное содержание в семантической организации древнерусской лексики. – Автореф. Д.ф.н. – Спб, 1992. – 37с.

8.Этническая ономастика / Отв. Ред. Джарылгасинова Р.Ш., Никонов В.А. – М.: Наука,1984. – 192с.

9.Этническая топонимика. М., 1987. – 144с.

10.Этнонимы.- М.: Наука, 1970.-269с.

Комментарии: 1

Бычихина Ольга Владимировна

Изучение этнонимов - тема весьма интересная и продуктивная, поскольку через самономинации можно проследить особенности проявления языковой картины мира того или иного народа. К сожалению, автором не была сформулирована цель и предмет исследования, не совсем понятно, какие материалы легли в основу анализа. Думается, это лишь первое общее формулирование проблемы изучения данного объекта, и в дальнейшем оно найдет свое логическое продолжение в остальных работах данного автора. Спасибо!!!
Комментарии: 1

Бычихина Ольга Владимировна

Изучение этнонимов - тема весьма интересная и продуктивная, поскольку через самономинации можно проследить особенности проявления языковой картины мира того или иного народа. К сожалению, автором не была сформулирована цель и предмет исследования, не совсем понятно, какие материалы легли в основу анализа. Думается, это лишь первое общее формулирование проблемы изучения данного объекта, и в дальнейшем оно найдет свое логическое продолжение в остальных работах данного автора. Спасибо!!!
Партнеры
 
 
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
Would you like to know all the news about GISAP project and be up to date of all news from GISAP? Register for free news right now and you will be receiving them on your e-mail right away as soon as they are published on GISAP portal.