facebook
twitter
vk
instagram
linkedin
google+
tumblr
akademia
youtube
skype
mendeley
Wiki
Global international scientific
analytical project
GISAP
GISAP logotip

ОПЫТ ТЕОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА МЕСТА РЕЛИГИОЗНОСТИ В СТРУКТУРЕ ПСИХИЧЕСКОГО

Автор Доклада: 
Лагутов Н. В.
Награда: 
ОПЫТ ТЕОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА  МЕСТА РЕЛИГИОЗНОСТИ В СТРУКТУРЕ ПСИХИЧЕСКОГО

ОПЫТ ТЕОЛОГИЧЕСКОГО АНАЛИЗА МЕСТА РЕЛИГИОЗНОСТИ В СТРУКТУРЕ ПСИХИЧЕСКОГО
 

Лагутов Николай Викторович, д-р психол. наук, Grand Doctor of Philosophy, профессор, вице-президент 
Академии гуманитарных и общественных наук 

 

Современная гуманистическая культура, как правило, мнит себя «светской», т.е. независящей от религиозных предпочтений, религиозности как таковой. Но так ли это?

Целостный поход к человеку, который восторжествовал в экзистенциально-гуманистической философии и психологии XXстолетия, признал человека существом уникальным: не только ограниченным своей биологической природой, как это полагал позитивизм бихевиоризма и психоанализа, но и «выдвинутым в ничто» (М. Хайдеггер) – в «нечто» трансцендентное, непознаваемое, но само являющее себя человеку в «пограничных ситуациях» боли, отчаяния, кризисов, ощущения тоски, заброшенности, простой радости от человеческого присутствия, когда само сущее приобретает другой цвет, и отношение к нему становится совершенно другим[1].

Гуманистическая философия и психология «разрешили» быть человеку не только животным, признали его право на искание смысла жизни, и даже предложили такой смысл – вечный процесс саморазвития, самоактуализации, восхождения к новым высотам «человечности».

Однако, что такое сама по себе «человечность», сам по себе «смысл», двигающий мотивацию к определенной цели, - это неодинаково понимают даже сами практические «реализаторы» «смысла» и этой «человечности». Имеются в виду индивиды, составляющие это самое общество.

Для кого-то образцом общечеловеческих ценностей является Вавилонская башня европейской гуманистической культуры, кто-то протестует против ее построения, ратуя за традиционную форму общественного устройства. Кто-то борется за экологию, кто-то не прочь повернуть реки вспять. Кто-то благо человечества видит в победе над эпидемией или смертельным вирусом, кому-то же жизненно необходимы в различных вариациях «пилюли бессмертия» – аналог «философскому камню» предшественника современной науки – оккультной алхимии. Кто-то ожидает «светлого будущего», кто-то ожидает Армагеддона, надеясь только на то, что наука найдет подходящий выход для спасения человечества в глубинах космоса (вдруг будет подходящая планета или объявится некая разумная жизнь).

В любом случае, для всех этих «смысложизненных» программ характерно нечто общее, а именно: они представляют собой фактическое проявление мифического (архетипического) сознания, присущего человеку, в виде системы «верований» и догматов (аксиом), четко классифицирующихся по основным богословским разделам:

  • 1. Вопрос о человеке в отношении к трансцендентному (миру, вечности, Абсолюту, Божеству)
  • 2. Вопрос эсхатологии (что будет со мной и миром)
  • 3. Вопрос сотериологии («спасения» индивида и общества перед лицом экзистенциальных трудностей)
  • 4. Экклесиология (вопрос об «обществе спасения», где человек обретает «спасение» или самоидентичность).

Показательно, что каждая из этих «смысложизненных» программ требует от человека выбора, сознательного или неосознанного, в деле реализации декларированного «смысла жизни», и все поступки индивида представляют собой неизбежное культивирование (ритуализацию) его уникальной интимно-догматической системы, или «психотеологии», по выражению Д. Гриндера и Р. Бендлера [2].

Таким образом, без теологического анализа системы ценностей, жизненных аксиом, мотиваций, «психотеологий», «догматов», т.е. всего того, во что человек или общество полагает достойным верить, невозможно не только определиться с ответом на вопрос, каково место религиозности в структуре социально-психического бытия человека, но и провести адекватные причинно-следственные связи практически в любой области человеческой жизнедеятельности.

Для определения степени соответствия той или иной социальной системы религиозным направлениямнамибыло проведено опытное исследование, при помощи адаптированной для этих целей экспресс-методики О.С. Михалюка и А.Ю. Шалыто по изучению социально-психологического климата в трудовом коллективе [3]. Мы предположили, что социально-психологический климат в многорелигиозном обществе, так же как и в некоей относительно замкнутой системе, существенно зависит от эмоционального, когнитивного, поведенческого компонента принятия-непринятия друг друга членами этого сообщества.  

В данном случае в качестве «членов сообщества» условно имелись в виду сами социальные, религиозные или психотерапевтические системы, и в феноменологическом рассмотрении их взаимоотношений учитывались факторы:

  • 1. Отношения человека, общества или религиозной системы к трансцендентному, к миру, вечности, Абсолюту, Божеству (т.е. их теология);
  • 2. Представления о душевном и духовном мире, о структуре личности и т.д. (психология и пневматология);
  • 3. Прямые религиозные влияния (если они зафиксированы);
  • 4. Вопрос эсхатологии, т.е. «что будет со мной и миром, в конце концов»? Это представления о том, к чему ведет, какова конечная (телеологическая) цель соответствующей социальной (или психотерапевтической) системы;
  • 5. Вопрос сотериологии, т.е. «мишени воздействия» на условного «клиента» для достижения эсхатологической цели, «спасения» индивида и общества перед лицом экзистенциальных трудностей (будь то психофизическое воздействие, изменение сознания или «ортопраксия», т.е. упорядоченная ритуализация исполнения заповедей);
  • 6. Вопрос экклесиологии, т.е. конкретных правил, имеющих некий психотерапевтический эффект, функционирующих в жизни рассматриваемого сообщества,где человек обретает «спасение» или самоидентичность.
  • 7. И, наконец, практический эффект от техник, характерный для каждой конкретной системы.

Наличие взаимосвязи между социальными, психотерапевтическими, религиозными системами фиксируются лишь в случае, как минимум, семидесяти пяти – стопроцентного (75-100%) совпадения факторных данных у конкретных направлений, что соответствует значению «+1» в шкале корреляции. Отрицательная взаимосвязь, т.е. взаимное неприятие («-1» по шкале корреляции) предполагается при совпадении факторных данных лишь на 25-0%. Все остальные значения могут говорить только о случайных совпадениях или «похожести» некоторых факторов.

Несмотря на отсутствие корреляции с клерикализмом, т.е. со своими историческими христианскими корнями, ни одна из важнейших национальных идеологий (советская, национал-социалистическая, европейская, американская) не оказалась свободной от альтернатив. Современные ведущие идеологии (XX-XXIвек) обусловлены, как правило, идеями протестантизма и мистического иудаизма. В некоторых случаях – NewAge, т.е. социально-культурного движения мистически-оккультной направленности, провозгласившего для человечества новую эру постхристианской, неоязыческой культуры («Эпоху Водолея») [3], [4] (См. Приложение №2).

Это позволяет сделать промежуточный вывод, что отсутствие церковности вовсе не означает отсутствия в обществе религиозности. «Светскость» можно определить скорее как «полирелигиозность».

Религиозные соответствия были выявлены и в народной религиозности,и в науке. В частности – у психологических систем.

Народно-культурная религиозность соответствует, в основном, магическому (ритуалистическому), и оккультному элементам мировоззрения.

В контексте данного исследования мы определяем термин «магия» как мировосприятие, предполагающее возможность с помощью неких опосредованных действий (ритуалов) воздействовать на известные или неизвестные силы природы и достигать «целей, желательных для человека» [6], [7]. «Оккультизм» же – это некая практическая деятельность, опирающаяся на альтернативные обычным источники психологической информации: откровения космической духовной иерархии, «тайные знания глубинных сил природы, потаенные связи человека с разными «параллельными планами бытия», или иными мирами» [6].

Т.о., результаты анализа фиксируют склонность народной религиозности, прежде всего, к быстрому и гарантированному удовлетворению своих прагматических потребностей (магия) путем получения неких «интенсивных религиозных услуг» (оккультизм).

Народную религиозность отличает склонность к пантеизму и политеизму (даже фетишизму), а также мифологичность, т.е. примитивно-архетипическое объяснение и осуществление сложившейся «картины мира», веры, «психотеологии» общества.  Реализацией этой мифологии (или психотеологии) заведует как раз «ритуал», санскритский корень которого, «рита», прямо означает «порядок», «гармонию», «священнодействие».

По мнению известного исследователя религиозности М. Элиаде, «…некоторые празднества, отмечаемые в современном мире и внешне являющиеся чисто мирскими, все (так) же сохраняют мифологическую структуру и функцию… — все они»требуют своего воспоминания и воспроизведения, «демонстрируя смутно ощущаемую потребность в совершенно но­вом начале, то есть полного возрождения» [8].

Они сопровождаются церемониями, празднествами, карнавальными и демонстрационными шествиями, театрализованными представлениями, совместными трапезами, рождественскими скидками и тому подобным.

Человек, как и тысячелетия тому назад, испытывает потребность в принесении жертвоприношений при изменении своего статуса. Это может быть «обмывание» успеха в кругу гостей, приглашенных на праздничный банкет, или широкие жесты «оказания милостыни» на радостях.

Без ритуалов не обходится, как правило, ни одно награждение, проводы на заслуженный отдых, гражданская панихида и отпевание. Даже после смерти человек является объектом действия ритуала поклонения предкам, когда на могиле появляется рюмка водки с хлебом, а родственники и знакомые на поминальной трапезе трепетно говорят «о мертвых либо хорошо, либо ничего».

Глубоко религиозная «светскость» современного человека [9] гармонично соседствует с верой в спиритизм, астрологию, зеленых человечков (уфология), обожествленных героев кино и эстрады, перевоплощение душ, «держание кулачков» за успех дела, стук по дереву и проч. [10].

Показательно, по мысли М. Элиаде, что большинство этих ритуалов проявляются и воспроизводятся бессознательно, имея «глубокий, но смутный резонанс», но от этого они не становятся менее значимыми для «психотеологии» самого человека [8].

Направленность естественных наук, как правило, соответствует магическому, а гуманитарных – идеалистическому, т.е. оккультно-мистическому взгляду на мир. Это иллюстрируется, в том числе и психологическими направлениями.

Так, позитивистские направления (бихевиоризм, психоанализ), пытавшиеся ориентироваться на детерминистский и естественнонаучный подход, существенно коррелируют с магическим мировидением, и в этом нет ничего удивительного, ведь бихевиоризм действительно ставил перед собой задачу определить или описать по характеру реакции вызвавший ее стимул, а затем предска­зать и простимулировать навыком «должное» поведение (реакцию) человека. Психоанализ же, и связанные с ним направления, в свою очередь, стремясь к формированию в пациенте стандартного, в духе психоанализа (т.е. опять же «должного»), понимания ситуации, имели в виду также, соответственно, некую «норму» предсказуемости поведения индивида. Тем более что процесс терапии («инсайт» от постепенно прорабатываемых пластов бессознательного) сопровождался психологической зависимостью «регрессировавшего Ego» анализанта от воли и личности аналитика (его сильного Ego), как в результате трансферного взаимодействия (невротического переноса), так и подсознательного учета пациентом знания аналитиком его бессознательных проблем [11].

Показательным является то, что данное состояние идентификации с врачом постепенно «становится автоматическим, предсознательным», не исчезающим «и после анализа», а «пациенты нередко перенимают манеры, характерные черты и привычки аналитика» [11].

Огромная власть, с которой сталкивается директивная психотерапия, требует высокой ответственности терапевта, выполняющего уже, по сути, функцию «гуру», «духовника», «учителя жизни». Здесь, при огромной власти над пациентом, становится важной и личность психолога, и его мировоззрение, ведь терапия в некоторых случаях может представлять серьезную опасность для ничего не подозревающих, а тем временем «личностно и сущностно трансформируемых» [12], [13], [14] анализантов. Как, например, в НЛП, где предполагается, что внушение насильно проникает «в психиче­скую сферу… так сказать с «заднего крыльца», обходя личное «я», личное сознание и волю» [15]. Сам Р. Бендлер позиционирует свою важнейшую работу по НЛП как «Структуру магии» [16], подобным же образом отзываются об этой психологической школе и ее адепты [17], [18], [19].

Что же касается гуманитарных направлений (экзистенциальной – гуманистической – трансперсональной психологии), то они четко соответствуют восточной религиозности, под которой в рамках данного исследования условно понимаются различные по своему содержанию, но в совокупности, существенно отличающиеся от Западно-Европейской Христианской культуры, религиозные культуры Дальнего Востока, Религии Индии, Античные и эллинистические мистерии, оказавшие влияние на мистический иудаизм и суфизм [1] [4] [24] [25] [26] [27] [28] [29] [30] [31] [32] [33] [34] [35].

В целом, данные психологические школы отдают предпочтение оккультно-мистическому взгляду на мир, при котором практическая деятельность индивида опирается на альтернативные обычным источники психологической информации: откровения космической духовной иерархии, «тайные знания глубинных сил природы, потаенные связи человека с разными «параллельными планами бытия», или иными мирами» [6]. При этом экзистенциализм может быть условно охарактеризован как некий вариант «светского мистицизма», а гуманистическая и трансперсональная психология реально возвращают в психологию «духовные практики» (йогу, медитацию, шаманизм, «спонтанный медиумизм») [27] [28] [29] [30] [34].

В итоге мы должны констатировать, что:

  • 1.Нет оснований принципиально разделять «светскую» и «конфессиональную» религиозность. С психологической точки зрения они не различаются.
  • 2.Всякая личная «психотеология» индивида опирается на «религиозность», но реализуется она (становится «религией») только при направленности на духовный контакт с «религиозной реальностью».
  • 3.О потенциальном контакте с «духовной реальностью»можно говорить, когда психологическое направление использует понятия «катарсис», «инсайт» в соединении с техниками контакта с «субличностями», «трансцендирование» во всех видах.
  • 4.Существует взаимосвязь между психотерапевтическими стратегиями и техниками – и религиозными конфессиями, имеющими у себя в арсенале набор определенных психотехнических средств.

Данные выводы, если они верны, имеют ряд теоретико-методологических и практических последствий:

– Во-первых, если современное общество, наука и психология оказываются вовсе не такими уж «светскими» (безрелигиозными), как обычно принято думать, то и разделение психологии на «научную» и «религиозно-конфессиональную» следует рассматривать как искусственное и необъективное.

– Во-вторых, закономерным и справедливым в таком случае кажется введение в науку направления психологии, которое рассматривало бы психологические, социальные, религиозные явления с точки зрения различных конфессий, не отдавая предпочтение атеистическому, а точнее, нетеистическому, религиозно-пантеистическому взгляду на мир, как это происходит в «психологии религии», науки, «философии и социологии религии» и т.д.

– Практическое значение исследования «религиозной психологии» заключается в том, что способствует возрождению духовной традиционной культуры, призванной противостоять многочисленным деструктивным явлениям современной действительности, среди которых – нравственный, культурный, информационный, демографический, экологический кризисы, глобализация и прочие следствия «секуляризма».

Литература

  • 1. Лега В.П. Современная западная философия. 2006.
  • 2. Авдеев Д.А. Очерки православной психотерапии. В помощь страждущей душе. М. 2007.
  • 3. Столяренко Л.Д. Основы психологии. Практикум. Ростов-на-Дону. 2008. – 686 с.
  • 4. Дворкин Александр. Сектоведение. Тоталитарные секты. Опыт систематического исследования. Изд. 3-е, переработанное и дополненное. Нижний Новгород. 2007.
  • 5. Троянский конь харизматии. Беседа с проф. А.Л. Дворкиным.07.11.08.
  • 6. Василенко Л.И. Краткий религиозно-философский словарь. М. 2000.
  • 7. Бердяев Н. Самопознание. Париж. 1949.
  • 8. Элиаде Мирча. Мифы современного мира. Религиозный символизм и обеспокоенность современного человека. // Психология религиозности и мистицизма. Хрестоматия. Минск-Москва. «Харвест-Аст». 2001. С.8-62;
  • 9. Торчинов Е.А. Религии мира: опыт запредельного. Психотехника и трансперсональные состояния. СПб. 1998.
  • 10. Самыгин С.И., Нечипуренко В.И., Полонская И.Н. Религиоведение: социология и психология религии. Ростов-на-Дону. «Феникс». 1996.
  • 11. Малкина-Пых, И.Г. Справочник практического психолога. М. Эксмо. 2006. – 784 с.
  • 12. Андреас К., Андреас Т. Сущностная трансформа­ция. — Воронеж: МОДЭК, 1999.
  • 13. Дилтс Р. Изменение убеждений с помощью НЛП. / Пер. с англ. В.П.  Чурсина. М. 1997.
  • 14. Ксендзюк О. Трансформация личности через НЛП, анализ и комментарии.
  • 15. Меланьин Д.В. Самоучитель практического гипноза. «Дельта-Пресс». 2008. – 123 с.
  • 16. Бендлер Р., Гриндер Дж. Структура магии (1975-1976). СПб. 1996. — 496 с.
  • 17. Байрон А. Льюис, Фрэнк Пуселик Р. NLP. Магия нейролингвистического программирования без тайн.
  • 18. Черепанова И.Ю. Дом колдуньи. Язык творческого Бессознательного. М. 1999.
  • 19. Андреас С. Паттерны магии Вирджинии Сатир. СПб. 2005.
  • 20. Григулевич И. Пророки новой истины. М. 1983.
  • 21. Фрейд З. Новые лекции по введению в психоанализ. // PierreSabourin. Ferenezi. Paris. ed. Universitaircs. 1985.
  • 22. Юнг К.Г. Архетип и символ / Сост. и вступ. ст. А. М. Руткевича. — М.: Ренессанс, 1991.
  • 23. Юнг Карл Густав.Аналитическая психология: теория и практика. Тавистокские лекции. Перевод В.В. Зеленского. БСК. Санкт-Петербург. 1998. 
  • 24. Флоровский Георгий, прот. Вера и культура. Избранные труды по богословию и философии. СПб. 2002.
  • 25. Маслоу Абрахам Гарольд.Мотивация и личность. СПб. Изд. "Евразия". 1999.
  • 26. Алейникова Т.В.Психоанализ. Ростов-на-Дону. «Феникс». 2000. 
  • 27. Маслоу Абрахам. Новые рубежи человеческой природы. М. 1999.
  • 28. Гроф Станислав. Священное и профанное. // Психология религиозности и мистицизма. Хрестоматия. Минск-Москва. «Харвест-Аст». 2001.
  • 29. Хофманн Альберт. ЛСД Экспириенс и реальность. // Психология религиозности и мистицизма. Хрестоматия. Минск-Москва. «Харвест-Аст». 2001.
  • 30. Уотс Алан.Космология радости. // Психология религиозности и мистицизма. Хрестоматия. Минск-Москва. «Харвест-Аст». 2001.
  • 31. Лагутов Н.В. Теологический анализ стратегий и техник психотерапии. Автореферат диссертации на соискание ученой степени гранд доктора философии в области психологии. INTERNATIONALUNIVERSITYOFFUNDAMENTALSTUDIES. СПб. 2010.
  • 32. Юнг Карл Густав. О психологии восточных религий и философий. М. 1994.
  • 33. Карвасарский Б.Д.Психотерапевтиче­ская энциклопедия. // Национальная психологическая энциклопедия. Рос. психотерапевт. ассоц.- 2-е изд., доп. и перераб.- СПб. Питер. 2002. 
  • 34. Гроф Станислав. Путешествие в поисках себя. Изд. АСТ. Институт трансперсональной психологии. Издательство К. Кравчука. 2008.
  • 35. Кораблина Е.П., Акиндинова И.А., Баканова А.А., Родина А.М. Искусство исцеления души: Этюды о психологической помощи: Пособие для практических психологов. / Под ред. Е.П. Кораблиной. СПб. 2001.

Приложение №1. Сводная многофакторная таблица основных мировых религиозных систем

Группы взаимоотношений религиозных систем

Относятся неопределенно или отрицательно друг к другу

Приложение №2. Сводная многофакторная таблица «религиозности» общества в XX-XXI вв.

Приложение №3. Сводная многофакторная таблица «религиозности» психологических систем.

Наиболее активно в современной психологии представлены
идеи и инструментарии таких конфессий, как:
а) Религиозные культуры Дальнего Востока, Религии Индии, Античные и эллинистические мистерии, оказавшие влияние на мистический иудаизм и суфизм («Восточная религиозность»), опирающиеся в своей психотерапевтической практике на магические и оккультные приемы и таковые же источники психологической информации

Наиболее слабо представлены:
б) Ветхозаветный иудаизм, мусульманство, христианские конфессии («авраамические религии откровения» Личного Бога), полагающие недопустимым применение в психотерапевтической практике магических и оккультных приемов

Приложение №4. Сводная многофакторная таблица «религиозности» психотехник, рекомендуемых Минздравом России.

1. Идеи «восточной религиозности» представляют: 

2. Представляют в равной мере идеи «восточной» и «авраамической» религиозности: 

9.4
Ваша оценка: Нет Средняя: 9.4 (5 голосов)

Абсолютно поддерживаю автора

Абсолютно поддерживаю автора в его изысканиях и полученных выводах. К аналогичным выводам я пришел другим путем - исследуя Логику мышления человека. У меня получилось, что Вера - объективное, естественное свойство мышления, неважно каковым его считать - научным, религиозным или еще каким-либо. Это, во-первых, первичная фаза самого процесса мышления. Любой внешний импульс, преобразуясь в мыслительный образ проходит "барьер Веры". Если я "не поверил", что "что-то почувствовал, услышал и т.п." - импульс просто игнорируется и не передается в фазу "осмысления - логического мышления". Во-вторых, "барьер Веры" присутствует в фазе перехода "от мысли к действия". Если я "не поверил" созданному "образу последующего действия" - мое поведение и будет "неуверенным". Вера - это однозначная Логика, в ней есть только Истина (в двухзначной, Аристотелевой Логике - есть: либо Истина, либо Ложь, во множественных Логиках: и Истина и Ложь). Да, Истина субъективна, но Истина - это лишь термин, понятие, формализация чего-то. А "термин, понятие" - априори не могут быть объективными. "Объективное мнение, объективная оценка" - бред, инсенуация, игра слов для "запудривания" мозгов. Что же касается непосредственно науки, то она на 99,9% опирается на Веру в нее. У нас нет ни единой 100% фундаментальной Истины. Закон сохранения энергии? Но мы никак не можем объяснить себе, что же такое есть эта самая энергия. Что такое "темная энергия", коей насчитали более 70% всей массы Вселенной? Мы не можем себе ответить на вопрос: "так есть "живая энергия" или это что-то метафизическое или оккультное? С самыми сокровенными пожеланиями Николаю Викторовичу творческого вдохновения и гармонии
Владимир Черняк
Партнеры
 
 
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
Would you like to know all the news about GISAP project and be up to date of all news from GISAP? Register for free news right now and you will be receiving them on your e-mail right away as soon as they are published on GISAP portal.