facebook
twitter
vk
instagram
linkedin
google+
tumblr
akademia
youtube
skype
mendeley
Wiki
Global international scientific
analytical project
GISAP
GISAP logotip
Перевод страницы
 

Педагогика музыкального исполнительства: интонационное воплощение художественного образа / Pedagogy of music performance: the intonational realization of the artistic image

Педагогика музыкального исполнительства: интонационное воплощение художественного образа / Pedagogy of music performance: the intonational realization of the artistic image
Ксения Фёдорова, кандидат педагогических наук, доцент

Новосибирский государственный педагогический университет, Россия

Участник первенства: Национальное первенство по научной аналитике - "Россия";

Открытое Европейско-Азиатское первенство по научной аналитике;

В статье подчеркивается важность направленности педагогики музыкального исполнительства на интонационное освоение окружающего мира. Обозначена взаимосвязь вербальной и музыкальной коммуникации в речевом аспекте, зафиксированы механизмы музыкально-интонационного воплощения художественного образа.

Ключевые слова: интонация, интонирование, музыкальный образ, музыкальная речь, музыкальная коммуникация

This article stresses the importance of the orientation of the pedagogy of music performance on the intonation development of the surrounding world. Shows the contours of the relationshipof verbal and musical communication in speech aspect, mechanisms of musical-intonational realization of the artistic image.

Keywords: intonation, intoning, musical image, musical speech, musical communication

 

М.М. Бахтин полагал, что индивидуальный речевой опыт всякого человека формируется и развивается в непрерывном и постоянном взаимодействии с чужими индивидуальными высказываниями, при этом приносимый тон, экспрессия переакцентуируется нами, являются либо типической жанровой экспрессией, либо отзвуком чужой индивидуальной экспрессии как определенной оценивающей позиции. Каждое речевое высказывание есть некое отражение, ответная реакция, занимающая какую-то определенную позицию в данной сфере общения, отражаясь в экспрессии собственной речи, в том числе, в отборе интонаций [2]. Так философ высказывался о погружении в эмоционально-драматургическую природу интонации, являющуюся фундаментальной основой человеческой речи и музыкального искусства.

В отношении указанного феномена М.Ш. Бонфельд пишет: «Музыкальная коммуникация в каждом своем конкретном проявлении реализуется как речь. Это не вызывает сомнений. В каком бы смысле она ни использовалась, понятие “музыкальный язык” предполагает некое абстрагирование, являясь виртуальным. Сама же музыка, т.е. любое актуально звучащее произведение, есть речь, речевой акт. Можно утверждать, что в применении к музыкальным видам творчества музыкальная речь – это единственная эстетическая реальность. Именно поэтому было бы гораздо целесообразнее обратить внимание на взаимоотношения вербальной и музыкальной коммуникаций не в их языковом, но в их речевом аспекте» [4, с. 13–15].

В контексте нашего интереса уточним: начиная с Б.В. Асафьева, исполнительство становится “явлением интонации” и именно интонирование предстает как целостный процесс творческого воспроизведения исполнителем музыки. Это понятие интегрирует широкий спектр различных, но тесно взаимосвязанных вопросов художественного исполнения – эстетических, теоретических, психофизиологических, инструментально-технологических. В результате понятие интонирования поднимается на новый категориальный уровень, становясь центральным в теоретической системе музыкального исполнительства[1]; является  феноменом, определяющим эмоционально-образное, ценностно-смысловое содержание музыкального высказывания и конкретизируется в произнесении музыкального звука. В.Н. Холопова, развивая концептуальный тезис Б.В. Асафьева о музыке как искусстве интонируемого смысла и интонации как основе музыкальной речи, определяет интонацию как «выразительно-смысловое единство, существующее в невербально-звуковом выражении, функционирующее при участии музыкального опыта и внемузыкальных ассоциаций» [17, с. 58]. Однако неоднократно отмечавшаяся роль опоры на имеющийся опыт, в том числе, аудиальный музыкальный опыт, в современных условиях окрашивается возросшими процессами массового тиражирования музыки, музыкальной шоу-индустрии. Здесь музыкальное сознание вынуждено опираться на узнаваемое, известное, однотипное. Сегодняшнее «известное» характеризуется тем, что «наиболее существенные и устойчивые интонации образуют интонационный фонд не всей эпохи… а определенной социальной группы; и распространенность того или иного идеала в обществе, его популярность определяются близостью его интонаций главенствующим эмоционально-ценностным интонациям той или иной социальной группы» [18]. Нельзя выносить за скобки и то, что детские интонационные образцы определены преобладанием массовой музыкальной культуры, досугово-развлекательной функцией музыкального искусства, сведением его содержания к упрощенности. Сказанное обостряет музыкально-педагогическую проблематику, прежде всего, в связи с тем, что в речевой практике развиваются и функционируют две слуховые системы – артикуляционная и интонационная. Именно здесь формируются некие речевые артикуляционные эталоны и эталоны речевого интонирования. При этом последние отражают эмоциональный мир человека и составляют суть интонационной выразительности речи с ее метроритмическими, динамическими, тембровыми, экспрессивными атрибутивными характеристиками (Е.В. Назайкинский). Попытаемся рассмотреть основания развития интонационного слуха, обратившись к взглядам исследователей механизмов порождения речи.

При исследовании раннего речевого онтогенеза выявлено существование движущей силы, намерения, вызывающего первые вокализации младенца. Этот интенциональный импульс сохраняет и развивает свое значение, становясь стержнем речевого процесса и составляя богатую характеристику психологического содержания речи [15]. Изначальным инструментом общения становится голос и многообразие его интонаций, выступающих импульсом развития интонационного слуха и музыкального интеллекта – способности осмысленно и содержательно передавать и воспринимать звуковую информацию в виде различных по высоте, тембру, динамике, эмоциональной окрашенности звуковых последовательностей. Так, Т.Н. Ушакова полагает, что в младенческом пении выражается и дифференцируется не только множество впечатлений, получаемых ребенком из действительности, но и отношение к ним. Голос используется ребенком параллельно как и другие формы обращения, и, что особенно важно, подчеркивает ученый, младенческое пение свидетельствует о длительной активации механизма голосовой выразительности. Подобное пение закрепляет и усиливает природную основу самовыражения через звук [14]. Не претендуя на аналитику речевого онтогенеза, зафиксируем: стимулирование развития интонационного слуха в предречевом и раннем речевом периодах есть некая почва для дальнейшего освоения музыкальных произведений, представляющих феномен единства интонация-отношение-процесс.

Однако что же направляет поиск музыкально-интонационных средств для воплощения и передачи идей, зафиксированных в текстах музыкальных произведений, выступает импульсом интонационной активности как важнейшей составляющей базового компонента в структуре музыкальных способностей – интонационного слуха, анализу развития которого посвящены многочисленные исследования? Важнейшим импульсом, направляющим интересующий нас процесс становится установка (Д.Н. Узнадзе), проявляющаяся в сознании в специфической форме «праобраза», возникающего в сознании как целостная, непосредственно постигнутая данность, представляющая осознанную возможность воплощения мыслей иобразов, еще не выявленных в самой этой целостной данности иликак «зачаточную данность» подлежащей «осуществлению формы». При этом праобраз функционирует в качестве «интенциональногообъекта» художественного познания и предопределяет возможноститой, а не иной реализации [5, с. 514]. Сказанное коррелирует со взглядами М.Г. Арановского о «предвидении целого, предслышании его звукового облика», являющимися, по мнению музыканта-исследователя, бессознательным ощущением будущей формымузыкально-художественного текста, некоей эвристической моделью целого произведения [1, с. 588].Анализируя роль бессознательного и справедливо полагая данный феномен фактором, во многом определяющим процессы музыкального развития, необходимо подчеркнуть, что бессознательноеобращено к образам.

Мысль о том, что в образно-мыслительных процессах значительная роль принадлежит воображению, получила проработку в многочисленных трудах ученых и зафиксирована в трудах музыкантов-исполнителей, где фиксируется внимание на процессах конструирования идеальных образов. Значимыми являются и взгляды Ж.П. Сартра, где автор уточняет функцию воображения, точнее ноэматического коррелята его деятельности – воображаемого применительно к мотивационной сфере личности, а именно его роль в продуцировании личностных смыслов [13].

В контексте вышеизложенного возникает вопрос: насколько актуальны указанные процессы в детском исполнительстве? По сути, речь идет о сложной, высокоинтенсивной рефлексивной творческой деятельности по созданию исполнительского образа, отражающей не только определенный уровень  исполнительского мастерства, но и опирающейся на необходимый комплекс музыкально-художественной одаренности; не противоречит ли сказанное известным психолого-педагогическим принципам преобладания у детей внешней мотивации над внутренней, конкретности, наглядности, доступности и др.?

Обратимся к Г.Г. Нейгаузу: «что же такое “художественный образ музыкального произведения”, если это не сама музыка, живая звуковая материя, музыкальная речь (курс. авт.) с ее закономерностями и ее составными частями, именуемыми мелодией, гармонией, полифонией и т. д., с определенным формальным строением, эмоциональным и поэтическим содержанием?»[10, c. 17]. Музыкант подчеркивает: «как можно раньше ребенок должен довести свое художественно-музыкальное намерение до полной ясности пусть в самом простейшем музыкальном произведении. Эта работа ребенка над художественным образом и воплощением его в звучании, будет в зародышевой форме той работой – богатой, целеустремленной, направленной, характеризуя зрелого пианиста-художника [10, c. 22]. Уточним: воплощение в звучании и есть интонирование – непосредственный способ произнесения музыкальных звуков, восходящий к произнесению «наименьших интонационных комплексов» – интервалов (Б.В. Асафьев). «Экспрессивное исполнительское “произнесение” интервала, ощущение его упругости, сопротивляемости, психологической “весомости” – необходимое условие эмоционально содержательного мелодического высказывания. И если общие перспективы развития профессионального слуха тесно связаны с проблемой интонации, с расшифровкой ее образно-поэтической сущности и воссозданием в адекватном исполнительском действии, то слуховое освоение интонации неизменно начинается с проникновения в выразительный смысл интервала» [7, c. 112].

Однако вернемся к процессу создания исполнительского образа и  зафиксируем его основные аспекты с позиций музыкально-художественной коммуникации: искренность или искусственность создаваемого образа принято считать ключевыми в процессе самовыражения личности в общении.

Осознавая сложность и многообразие дефиниций указанного феномена, обратимся к одной из составляющих процесса самовыражения – феномену самораскрытия. Не/удовлетворение фундаментальной потребности в самораскрытии внутреннего мира Другому играет центральную роль в становлении и развитии системы отношений человека; что касается самораскрытия в процессе исполнения, необходимо подчеркнуть, что интонационное освоение музыкальных произведений связано не только с  нахождением, постижением смысла, но и с его выражением (интонированием), трансляцией (М.Г. Арановский, В. Медушевский).По сути, речь идето процессе, сходном процессу самоподачи актуального состояния, когда какие-либо эмоции не только открыто проявляются, но акцентируются с целью быть понятым (как ненамеренно, так и целенаправленно). В исполнительской традиции сходство проявляется в том, что исполнитель «собой участвует» в проживании и трансляции идей, диалектики человеческих стремлений, эмоций, чувств, зафиксированных в музыкальном сочинении: именно фактор исполнителя определяет его судьбу как звучащего текста культуры [7].

Применительно к музыкальному искусству зафиксируем внимание на опосредованной форме процесса самораскрытия, включающего, ситуацию исповедальности, о чем в свое время высказывался Я. Флиер, размышляя о четвертой балладе Ф. Шопена: «Вряд ли применительно к ней можно говорить о каком-либо историко-легендарном или сказочно-фантастическом сюжете. Четвертая баллада — это лирическая исповедь, тонкая психологическая драма, повествующая о крушении жизненных идеалов…» [16, c. 210].Подобный взгляд обнаруживает и Р. Роллан: «”Лунная” начинается монологом без слов, исповедью, правдивой и потрясающей, подобную которой редко можно встретить в музыке. И вся соната… сохраняет этот характер музыкального слова, одноголосой выразительности и прямой, едва прикрытой, чистой страсти» [11, c. 138].

Несмотря на то, что сказанное иллюстрирует содержание музыкальных сочинений, применительно к исполнению уместно отметить:«исповедальное состояние существует как бы на границе “коммуникации” и общения и предполагает инициированный самим сознанием переход от эгоцентрически-утилитарного отношения его кДругому к сознательному установлениюсознательного контакта с Другим … Исповедальному состоянию присуще некоторое напряжение внутреннего чувства, стремление высказаться и быть услышанным. Исповедальность как оформленное действо индуцирует состояние смыслового напряжения души, выполняет функцию усилителя того информационно-энергетического поля, которое переключает обыденное сознание из привычного ему психического пространства в пространство особого духовного внимания» [6]. Сказанное коррелирует со взглядами А.Г. Васадзе об осознанной возможности воплощения, Н.Л. Мусхелишвили и Ю.Л. Шрейдер об образе некоторой ситуации, о том особом модусе, состоянии–содержании (слитым со звуковой формой, но не сводимым к ней), которое мы пытаемся для себя выявить.

Анализируя восприятие–сопереживание, Е. Назайкинский, пишет: «в музыковедческом языке накопилось много внеш­не несходных, но близких или даже тождественных по значению терминов и поэтических оборотов, указывающих на интересующий нас феномен. Он обозначается такими словами, как на­строение, характер, состояние, установка, колорит, тонус, от­тенок, статус, а также многими другими синонимичными выра­жениями, выбор которых определяется контекстом описания и желанием подчеркнуть тот или иной смысловой нюанс. Стремясь указать, например, на целостность модуса и на его психическую природу, мы употребим слово “состояние”. Акцент на его неповторимом, преходящем характере потребует обращения к термину “модус”, ибо модус – это не вообще состояние, а состояние временное, одно из массы случайных или закономерно обусловленных, избираемых или внушаемых. … модус не является объективированным, представляет собой состояние субъекта, но состояние художест­венно возвышенное, эстетическое. Одним из наиболее адекват­ных инструментов его (авт.) познания … яв­ляется психологическая теория установки, которая как раз и изучает природу и законы целостных состояний, предваряющих и сопровождающих процессы деятельности человека, в том числе творчество и восприятие. Примечательно терминологиче­ское совпадение: психическую установку также нередко назы­вают модусом – модусом субъекта» [9, c. 238–239].Осознавая сложность аналитики и описания столь сложных явлений и процессов, для нас важно зафиксировать суть,  «своего рода “подтверждение” духовного слияния, открытие себя в себе, интимное самораскрытие (курс. авт)» [там же, c. 116].

Обозначим и важнейший инструмент моделирования музыкально-коммуникативного события в педагогическом процессе – феномен педагогического интонирования (О.Ю. Солопанова), зафиксируем внимание на античном феномене паракаталогэ (интонационно-выразительной поэтической речи) и сходстве основных характеристик:  выражение глубоко личных настроений, чувств, построение образа переживания музыкального материала, где через омузыкаленную декламационность подчеркивается многообразная эмоциональная палитра и проникновенность интонации, ее субъективность и искренность, создается некий интонационный эскиз. Здесь «при интерпретации текста переживания рефлектируются сознательно и становятся элементами знания о тексте, они могут быть достаточно точно описаны словесными средствами, обозначиться словами, т.е. выступить как значащие переживания» [3] и в этом контексте музыкально-интонационное воплощение художественного образа, раскрытие его смысловых коннотаций в процессе интонирования есть определяющий вектор деятельности педагога-музыканта, актуализирующий направленность педагогики музыкального искусства на интонационное освоение окружающего мира. При этом элементы музыки выступают как взаимо/обращенная, одушевленная речь, отражающая подвижность конфигураций и динамику энергии образовательно-воспитательного процесса.

 

Литература:

  • 1. Арановский М.Г.О двух функциях бессознательного в творческом процессе композитора // Бессознательное: Природа, функции, методы исследования. Т.2. Тбилиси: Мецниереба, 1978. С. 587–594.
  • 2. Бахтин М.М.Проблема речевых жанров. URL: http://philologos.narod.ru/bakhtin/bakh_genre.htm
  • 3. Богин Г.И.Обретение способности понимать: Введение в герменевтику. URL: http://www.sbiblio.com/BIBLIO/archive/bogin_obretenie/03.aspx
  • 4. Бонфельд М.Ш.Музыка: Язык. Речь. Мышление: Опыт системного исследования музыкального искусства. СПб., 2006.
  • 5. Васадзе А.Г.Художественное чувство как переживание созревшей установки // Бессознательное: Природа, функции, методы исследования. Тбилиси: Мецниереба, 1978. С. 512–517.
  • 6. Ибатуллина Г.Исповедальное слово и экзистенциальный “стиль” (Экзистенциальное сознание как неосуществленная исповедальность). URL: http://lib.worldmobile.net/philosophy/wmobile_show_archives.php?subaction=showfull&id=1108110880&archive=0215&start_from=&ucat=1&
  • 7. Кирнарская Д.Психология музыкальной деятельности. Теория и практика: Учебное пособие для студентов музыкальных факультетов высших педагогических учебных заведений / Под ред. Г.М. Цыпина. М.: Академия, 2003.
  • 8. Мельникова Н.И. Фортепианное исполнительское искусство как культуротворческий феномен. Новосибирск, 2002.
  • 9. Назайкинский Е.Логика музыкальной композиции. М., Музыка, 1982.
  • 10. Нейгауз Г.Г.Об искусстве фортепианной игры. М., 1982.
  • 11. Роллан Р.Музыкально-историческое наследие: В 8-и вып. М., 1990. Вып. 5.
  • 12. Савшинский С. Пианист и его работа. Л.: Сов. композитор, 1961.
  • 13. Сартр Ж.П.Воображаемое: Феноменологическая психология воображения. СПб: Наука, 2001.
  • 14. Ушакова Т.Н.Природные основания речеязыковой способности (анализ раннего речевого развития) // Языковое сознание: формирование и функционирование – URL:  http://www.ilingran.ru/library/psylingva/sborniki/Book1998/articles/1_1.htm
  • 15. Ушакова Т.Н.Языковое сознание и принципы его исследования – URLhttp://www.iling-ran.ru/library/psylingva/sborniki/Book2000/html_204/1-2.html
  • 16. Флиер Я.Статьи. Воспоминания. Интервью. М., 1983.
  • 17. Холопова В. Н.Музыка как вид искусства. СПб., 2002.
  • 18. Шантырь Н.Слагаемые индивидуальности. URL: http://newmuz.narod.ru/st/LobShant01.html
  •  

 


[1]Малинковская А.В. Фортепианное интонирование как музыкально-педагогическая и исполнительская проблема. – Автореф. дисс… д-ра пед. наук. – М., 1995.

0
Ваша оценка: Нет Средняя: 7.5 (6 голосов)
Комментарии: 8

Лаврентьева Зоя Ивановна

Уважаемая Ксения Николаевна. В современном мире, где общение все больше переносится в социальные сети и перестает быть эмоционально и тоново окрашено, научить детей общаться с помощью голоса - весьма актуальая педагогическая задача. Очень интересны ваши размышления об исповедальном состоянии коммуникации с помощью музыки. Желаю удачи в дальнейшем исследовании.

Петкова Искра Цанкова

Дорогая Ксения Фëдорова, мы с интересом ознакомилась с Ваше сообщение. Вам удалось теоретически уточнить термин "инфлекцию", чтобы уточнить специфику механизма реализации музыкальной интонации художественного образа. Желаем Вам профессиональных успехов! Искра Петкова и Данелина Вачева

Панфилова Альвина Павловна

14/02/17/ - 11.30. - Панфилова Альвина Павловна Уважаемая Ксения Николаевна. Представленный вами материал очень интересен, познавателен и важен для духовного и эстетического развития молодого поколения. Согласна с вашим мнением, что..."Детские интонационные образцы определены преобладанием массовой музыкальной культуры, досугово-развлекательной функцией музыкального искусства, сведением его содержания к упрощенности. Сказанное обостряет музыкально-педагогическую проблематику, прежде всего, в связи с тем, что в речевой практике развиваются и функционируют две слуховые системы – артикуляционная и интонационная. Именно здесь формируются некие речевые артикуляционные эталоны и эталоны речевого интонирования". Было бы здорово, если бы ваша теория нашла широчайшее применение в развитии детской речевой культуры и взрослой коммуникативной риторике. Соединение музыки и интонационного освоения окружающего мира, несомненно, обогатит наших детей и общество, в целом. Сегодня, наблюдая за программой "Голос" в детском исполнении, иногда жалко этих малышек, которые, обладая природной даровитостью, своей манерой пения, мимикой, жестами, элементами паралингвистики и экстралингвистики, напоминают звёзд шоу-бизнеса, подражая им во всём и, крайне редко, встречаются дети самодостаточные, со своим отношением к тексту и музыке. В последние годы появились также программы, в которых именитые артисты читают самые разнообразные литературные произведения под музыкальное сопровождение. Впечатление потрясающее. К сожалению, мне не хватает музыкальной компетенции, чтобы объяснить своё отношение ко всему тому о чём написали вы, но я убеждена, что это очень важный и перспективный подход в музыкальном развитии детей и взрослых. Желаю вам успешного продолжения ваших изысканий и разработки практических технологий, позволяющих решать актуальную проблему, о которой вы написали. С уважением, Альвина Павловна

Дюльдина Жанна Николаевна

Уважаемая Ксения Николаевна, затронутая Вами тема,интересна и познавательна . Выделенный Вами феномен паракаталогэ (интонационно-выразительной поэтической речи) совершенно и гармонично выражает идею статью Спасибо за материал, желаем дальнейших успехов. С уважением Дюльдина Ж.Н.

Атаманчук Петр Сергеевич

Уважаемая Ксения Николаевна! Педагогика действия - это всегда путь к прогнозируемому результату. Желаю Вам блистательных результатов на этом пути. С уважением, П. Атаманчук.

Кульбида Светлана Викторовна

Интересный и содержательный Ваш доклад, уважаемая Ксения Николаевна. Заинтересовал феномен паракаталогэ (интонационно-выразительной поэтической речи) как проявление глубоко личных настроений, чувств, построение образа и т д. С пожеланиями творческих успехов, Светлана Кульбида.

Кубанов Руслан Анатольевич

Уважаемая Ксения Николаевна! Трудно переоценить значение для личности будущего профессионала развитие такого элемента, как профессиональные коммуникации в речевом аспекте. Спасибо за качественный и познавательный материал. С уважением, Кубанов Р. А.

Долгова Валентина Ивановна

Здравствуйте, уважаемаяксения Николаевна! Большое спасибо за доклад! Одновременно с первенством, но параллельно проходит отраслевая сессия Конгресса МАНВО. Приглашаю принять участие: Проекты – Научные конгрессы – Действующие конгрессы - «Психофизиологические, психологические, педагогические проблемы развития личности школьника». С наилучшими пожеланиями, проф. Валентина Долгова.
Комментарии: 8

Лаврентьева Зоя Ивановна

Уважаемая Ксения Николаевна. В современном мире, где общение все больше переносится в социальные сети и перестает быть эмоционально и тоново окрашено, научить детей общаться с помощью голоса - весьма актуальая педагогическая задача. Очень интересны ваши размышления об исповедальном состоянии коммуникации с помощью музыки. Желаю удачи в дальнейшем исследовании.

Петкова Искра Цанкова

Дорогая Ксения Фëдорова, мы с интересом ознакомилась с Ваше сообщение. Вам удалось теоретически уточнить термин "инфлекцию", чтобы уточнить специфику механизма реализации музыкальной интонации художественного образа. Желаем Вам профессиональных успехов! Искра Петкова и Данелина Вачева

Панфилова Альвина Павловна

14/02/17/ - 11.30. - Панфилова Альвина Павловна Уважаемая Ксения Николаевна. Представленный вами материал очень интересен, познавателен и важен для духовного и эстетического развития молодого поколения. Согласна с вашим мнением, что..."Детские интонационные образцы определены преобладанием массовой музыкальной культуры, досугово-развлекательной функцией музыкального искусства, сведением его содержания к упрощенности. Сказанное обостряет музыкально-педагогическую проблематику, прежде всего, в связи с тем, что в речевой практике развиваются и функционируют две слуховые системы – артикуляционная и интонационная. Именно здесь формируются некие речевые артикуляционные эталоны и эталоны речевого интонирования". Было бы здорово, если бы ваша теория нашла широчайшее применение в развитии детской речевой культуры и взрослой коммуникативной риторике. Соединение музыки и интонационного освоения окружающего мира, несомненно, обогатит наших детей и общество, в целом. Сегодня, наблюдая за программой "Голос" в детском исполнении, иногда жалко этих малышек, которые, обладая природной даровитостью, своей манерой пения, мимикой, жестами, элементами паралингвистики и экстралингвистики, напоминают звёзд шоу-бизнеса, подражая им во всём и, крайне редко, встречаются дети самодостаточные, со своим отношением к тексту и музыке. В последние годы появились также программы, в которых именитые артисты читают самые разнообразные литературные произведения под музыкальное сопровождение. Впечатление потрясающее. К сожалению, мне не хватает музыкальной компетенции, чтобы объяснить своё отношение ко всему тому о чём написали вы, но я убеждена, что это очень важный и перспективный подход в музыкальном развитии детей и взрослых. Желаю вам успешного продолжения ваших изысканий и разработки практических технологий, позволяющих решать актуальную проблему, о которой вы написали. С уважением, Альвина Павловна

Дюльдина Жанна Николаевна

Уважаемая Ксения Николаевна, затронутая Вами тема,интересна и познавательна . Выделенный Вами феномен паракаталогэ (интонационно-выразительной поэтической речи) совершенно и гармонично выражает идею статью Спасибо за материал, желаем дальнейших успехов. С уважением Дюльдина Ж.Н.

Атаманчук Петр Сергеевич

Уважаемая Ксения Николаевна! Педагогика действия - это всегда путь к прогнозируемому результату. Желаю Вам блистательных результатов на этом пути. С уважением, П. Атаманчук.

Кульбида Светлана Викторовна

Интересный и содержательный Ваш доклад, уважаемая Ксения Николаевна. Заинтересовал феномен паракаталогэ (интонационно-выразительной поэтической речи) как проявление глубоко личных настроений, чувств, построение образа и т д. С пожеланиями творческих успехов, Светлана Кульбида.

Кубанов Руслан Анатольевич

Уважаемая Ксения Николаевна! Трудно переоценить значение для личности будущего профессионала развитие такого элемента, как профессиональные коммуникации в речевом аспекте. Спасибо за качественный и познавательный материал. С уважением, Кубанов Р. А.

Долгова Валентина Ивановна

Здравствуйте, уважаемаяксения Николаевна! Большое спасибо за доклад! Одновременно с первенством, но параллельно проходит отраслевая сессия Конгресса МАНВО. Приглашаю принять участие: Проекты – Научные конгрессы – Действующие конгрессы - «Психофизиологические, психологические, педагогические проблемы развития личности школьника». С наилучшими пожеланиями, проф. Валентина Долгова.
Партнеры
 
 
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
Would you like to know all the news about GISAP project and be up to date of all news from GISAP? Register for free news right now and you will be receiving them on your e-mail right away as soon as they are published on GISAP portal.