facebook
twitter
vk
instagram
linkedin
google+
tumblr
akademia
youtube
skype
mendeley
Wiki
Page translation
 

КОММУНИКАТИВНАЯ ВЕРСИЯ ТЕОРИИ ОБЩЕСТВЕННОГО ДОГОВОРА: Ю. ХАБЕРМАС

КОММУНИКАТИВНАЯ ВЕРСИЯ ТЕОРИИ ОБЩЕСТВЕННОГО ДОГОВОРА: Ю. ХАБЕРМАС
Dmitriy Usov, candidate of philosophy, associate professor

Cherkassy Institute of Fire Safety named after Heroes of Chornobyl, Ukraine

Conference participant

В статье поставлена задача обосновать, что проблема общественного договора, основных путей и принципов его достижения получила особое, но все еще мало исследованное развитие в понимании наследия Ю. Хабермаса. Внимание автора статьи привлекает стремление немецкого философа разрешить насущные социальные проблемы с помощью понятия коммуникации, в котором он соединилрациональность, этику и свободу. В условиях современного социально-экономического кризиса принципиально важной является идея Хабермаса окоммуникации, как важном основаниинашего морального единства с другими, не только ближними, но и дальними людьми. Последовательно реконструирован коммуникативный проект общественного договора Ю. Хабермаса, в которомнастоящее согласие зависит от добровольного, рационального, противостоящего манипуляции и внешнему принуждению, одобрения содержания того или иного высказывания. В коммуникативной теории Хабермасадискурс не разрывает, а конституирует социальные взаимоотношения, учитывая интересы каждого его участника.

Ключевые слова: коммуникация, согласие, дискурс, мораль, общественный договор, солидарность, справедливость.

Inthis article it is proved that the special place in the Habermas’ work is given to the littleexploredproblem of social agreement, the basic principles and ways of achieving it. The special attention of the author is attracted by the desire of the German philosopher to solve urgent social problems by using the notion of communication, where he joined the reasonableness, ethics and freedom.

In today’seconomic and social crisis Habermas' idea of communication is fundamentally important as a significant basis of our moral unity with others, not only close but also distant people. The communicative project of Habermas’ social agreement is coherentlyreconstructed where the real depends on a voluntary, rational, resisting to manipulation and external compulsion, the approval of this or that statement. In Habermas' theory of communicative agreement the discourse does not break, but constructs social relationships, taking into account the interests of each participant.

Keywordscommunication, consentdiscourse, moralsocial agreementsolidarityjustice.

 

Введение.Проблеме общественного договора, основных путей и  принципов его достижения приналежит особенное и все ще мало исследованное место в творчестве всемирноизвестного немецкого мыслителя Юргена Хабермаса. Особое внимание привлекает его стремление разрешить насущные социальные проблемы с помощью понятия коммуникации, в котом он соединил, как подчеркивает Б.В. Марков, «рациональность, этику и свободу» [1, c.7].

Хабермас, идеи и размышления которого и до сегодняшнего дня являються питательной средой, а также и интеллектуальной провокацией как для западных, так и отечественных исследователей, считал и считает коммуникацию основанием нашего морального единства с другими, не только ближними, но и дальними людьми. Он создал глубокий и плодотворный проект общественного договора, основаного на стратегии компромисса, сосуществования, солидарности. О важности всестороннего рассмотрения Ю. Хабермасом вопроса о том, как добиться согласия в обществе, а также о способности и возможности индивидуального сознания стать частью, участником общественного договора уже размышляли такие исследователи его творчества как А. Ермоленко, Б. Марков, Н. Мотрошилова, Л. Ситниченко, Э. Соловьёв, И. Фарман. Последний, например, акцентирует внимание на постоянном стремлении Хабермаса рассмотреть феномен общественного договора в форме договорной солидарности «как формы договора по соглашению, своеобразном консенсусе и, возможно, первом шаге по пути социальной справедливости, на которой, действительно, не был организован ни один общественный порядок на всем протяжении истории человечества, но которая, тем не менее, не перестает от этого быть привлекательной «открытой перспективой» [2, c.185]. Речь идет также и о возможности адекватного и всестороннего осмысления проблемы создания гражданского общества в качестве основного условия достижения социального мира и стабильности.

Углубленный анализ этих аспектов коммуникативной мировоззренческой и философской стратегии Ю. Хабермаса и является целью данной статьи. Стремясь, вместе с Хабермасом, избежать крайностей и недостатков герменевтически-феноменологического и позитивистски-прагматического методов осмысления социальной действительности, мы будем опираться на предложенный им метод коммуникативной реконструкции практического разума, а также генеалогический и компаративистский методы понимания коммуникативного измерения проблемы общественного договора.

Результаты исследования. Создание Ю. Хабермасом коммуникативного варианта теории общественного договора обусловлено не только откровенно провозглашенным (в известной статье о публичном использовании разума) восхищением классической версией контрактуализма - «Теорией справедливости» Дж. Роулза, изложенными в этой работе идеями и их значением. Главную роль в многолетней разработке коммуникативной версии общественного договора играет направленность социальной политической философии Хабермаса на толковании именно дискурса как основополагающего принципа в преодолении «методического солипсизма», обосновании этических норм и прав человека, изучении механизмов и путей создания мировой общности.

Особого внимания (особенно в контесте современных споров и дискуссий) заслуживает понимание Ю. Хабермасом принципов и механизмов достижения общественного согласия, с учетом того, что, как подчеркивает он в предисловии к своей, ставшей уже классической, работе «Вовлечение другого: Очерки политической теории», «границы общности оказываются открыты для всех – в том числе и для тех, кто чужд друг другу и хочет таковым оставаться» [3, c.48]. Ответ философа на вопрос о том, каким образом должно быть устроено современное общество, чтобы обеспечивать честное сотрудничество своих граждан как свободных и равноправных личностей, а также теоретическое исследование механизмов взаимосвязи морального универсализма и плюралистической этики является, вне всякого сомнения, актуальным для наших современных отечественных реалий.

Особое внимание необходимо сосредоточить на понимании Хабермасом проблемы рациональности в контексте споотношения ее нормативных и эмпирических составляющих, а также роли идеальной коммуникации в достижении настоящего договора, когда первая не искажается не только внешним, но и внутренним (этой самой коммуникации присущим) принуждением, а конституируется силой лучшего аргумента. Ведь основная цель теорииХабермаса (что является важным для теории договора) - изыскать возможности такого взаимопонимания, которые б благоприятствовали ответственному уважению к достоинству каждого. Нам необходимо вновь, обращаясь к текстам Хабермаса, опровергнуть нарекания его оппонентов, что предложенное рациональное решение конфликтов происходит за счет пренебрежения особенностями иного бытия.

Прежде чем рассмотреть возожности и основные принципы дискурсивно-этической процедуры и метатеории общественного договора, следует подчеркнуть, что постоянное стремление Хабермаса к разработке интерсубъективного варианта современной фундаментальной политической философии базируется на стремлении теоретически противостоять превращению общения (со всеми негативными последствиями этого процесса) в объект манипуляции мыслями и поведением людей, особенно через средства массовой коммуникации. Поскольку, предупреждает Ю. Хабермас, это обязательно приводит к формированию фрагментарного и некритическоого обыденного сознания, доминированию «искаженной коммуникации». Причину возникновения и функционирования этой формы коммуникации Хабермас видит в том, что она начинает функционировать в соответствии с алгоритмом монологичной модели инструментального действия. Это является следствием не только распространения на всю общественную жизнь целерациональной деятельности, а, прежде всего, стремления выдать личный эгоистический интерес за всеобщий. Ведь настоящее согласие зависит от добровольного, рационального одобрения содержания определенного высказывания, его, постоянно настаивает Хабермас, «невозможно навязать другой стороне, к нему нельзя обязать соперника, манипулируя им: то, что явнымобразом производится путем внешнего воздействия, нельзя считать согласием. Последнее всегда покоится на общих убеждениях» [4, c.200].

Хабермас, полемизируя как с Э. Тугендхатом, так и с Дж. Роулзом, утверждает, что основой значимости справедливых человеческих отношений, является принцип общественного договора, который не возможно обосновать с оглядкой на некие особенные интересы или специфическое понимание блага, убежденно продолжает линию осмысления теории общественного договора, заснованную Руссо и Кантом, которые отстаивают, в противовес теории общественного договора Т. Гоббса, формальные условия легитимации, ее процедурную форму. Таким образом, речь идет о философском осмыслении основ определения общественного строя в качестве свободного и справедливого. Начиная с Руссо, общественный договор приобретает качество принципиально нового, основанного на справедливости, алгоритма согласования разнообразных, подчас взаимоисключающих, человеческих интересов. Как подчеркивает в этом контексте А. Ермоленко, исследуя смысловое значение разработок Руссо и Канта для понимания коммуникации Хабермасом в русле демократических процедур правового государства: «Процедуры и предпосылки легитимации являются легитимизирующими основами, на которых базируется значение легитимации, что и обозначаетсяидеей договора. Идея договора, которая, кроме всего прочего, предусматривает, свободу и равенство, определяет именно процедурный тип легитимации Нового времени» [5, c.151]. Как класический представитель теории общественного договора, Руссо уже в начале своего осмысления сосредотачивается на стремлении увязать право человека и его интерес, корысть и справедливость. Речь идет об эвристически плодотворном объединение идеалов античного полиса с индивидуализмом Новoго времени, принципов добродетели и общности, как основ справедливого общественного строя с доктриной природного права, укорененного в идее собственного «Я» и понимании государства как защитника частного интереса. По мнению Руссо, необходимо понимать, что именно общий интерес конституирует общую волю, а, установленое общественным договором равенство граждан предусматривает, что все они принимают одинаковые обязанности и должны пользоваться равными правами. Важным, в этом смысле, становится для Руссо и для нас понятие договора, благодаря которому мы добровольно становимся частью общества. До этого, подчеркивает Руссо, индивид является, до определенного момента, «завершенным и самостоятельным целым», а после, отказавшись от своей суверенности в пользу целого, превращается в елемент последнего, оставаясь свободным, индивид одновременно исчезает в недрах новой общности. Во второй книге «Теории общественного договора» Руссо настаивает, что именно общий интерес творит общую волю, и это согласование интереса и справедливости укоренено в природе общественного договора, которая творит справедливые межличностные отношения через свою внутреннюю, общую для всех справедливость и пользу, ведь ее целью есть только общее благо, свобода и равенство граждан. Кант продолжает теорию общественного договора преобразованием всеобщей воли (согласованием индивидуальных и общественных интересов) в практический (а не рассудочно-стратегический) разум доброй воли, который, благодаря своему выходу за пределы собственного интереса, делает возможным справедливое решение общественных проблем.

Наследуя контрактуалистическую линию Канта, Хабермас воплощает ее в своем принципе универсализации, который звучит следующим образом: каждая значущая норма должна соответсвовать условиям, когда непосредственные и побочные последствия, что возникают при удовлетворении интересов каждого без принуждения могут быть приняты всеми участниками общественного договора. Таким образом, происходит принципиально значимый переход в сферу демократического гражданского общества и равной, обоснованной разумным договором, диалогической ответственности. Таким образом, благодаря Ю. Хабермасу и К.-О. Аппелю всеобщая воля Руссо воплощается в универсальном, свободном от принуждения дискурсе, дискурсе, который совершается на основах принципа универсализации и опирается на новое понимание рациональности и становится определенной мета-контрактуалистической инстанцией. Речь идет, прежде всего, о дискурсах равноправных, ответственных и рациональных его участников: «Общественный договор возникает из идеи о том, что каждый претендент на вступление в него должен иметь рациональный мотив, чтобы добровольно стать его членом и подчиняться соответственным нормам и процедурам. Когнитивное сдержание, благодаря которому порядок становится моральным или справедливым, опирается, таким образм, на общий договор всех отдельных его членов; с большей точностью его можно пояснить рациональностью взвешивания благ, которое каждый из них совершает исходя из собственных интересов» [3, c.70].

Именно значению дискурса и его моральной составляющей для общественной интеграции посвящена работа Хабермаса из сборника по проблемам дискурсивной этики под названием: «Мораль и моральность. Относятся ли гегелевские отрицания Канта также и к дискурсивной этике?». Актуальность именно этого понятия обусловлена еще и тем, что цель дискурса – консенсус, достигается благодаря принципу универсализации, или же непредвзятости и справедливости. Уже благодаря этому можно понять восторженное истолкование Хабермасом теории справедливости Роулза: именно те общественные регулятивы могут быть признаны справедливыми, которые являются всеобщими и поддаются процедуре проверки отдельных действий, суджений, норм. С другой стороны, Хабермасу, безусловно, импонирует идея чувства справедливости Роулза, а также необходимость с помощью его версии общественного договора признавать, основанную на требовании равного уважения к достоинству каждого, неприкасаемость индивида. Таким образом, основанная на справедливости индивидуальная неприкасаемость и стремление к общему труду, и общение людей как свободных и равноправных, честных друг ко другу личностей на основании добровольно взятых на себя принципов - это то главное, что есть действительно общим для всех теоретиков общественного договора.

В совместной с Н. Луманом работе Хабермас пишет о возможности отличия двух основных форм коммуникации: коммуникативное действие и дискурс. В пределах первой значение и смыслы принимаются некритично с целью обмена информацией, а в дискурсе - темой становятся проблематичные претензии на значения и допустимые лишь логично истинные высказывания. В пределах последнего мы, преобразуя толкование в интерпретацию, утверджение в предположение, поясненение в теоретическое объяснение, ставим задачу решить наше главное задание: возобновить, скрытую в коммуникативных действиях проблематичную договоренность и достичь дискурсивного обоснованного договора. Таким образом, чтобы избежать нарушения ежедневно-лингвистического общения, субъекты дискурса должны придерживаться следующих правил: интенциально уведомлять и, соответственно, понимать прагматический смысл межличностных отношений, которые могут вербализироваться в речевых актах; сообщать и, соответственно, понимать смысл объективированных в предложениях содержаний изречений; не поддавать сомнению претензии на значимость тех идей, которые находятся в процессе коммуникации; а также – признавать претензии на значимость этих норм, которые возникают в зависимости от обстоятельств. Как и в ситуации первобытного состояния Роулза, место и время дискурса, социальное положение и психологические особенности его участников никак не влияют на  достижение главной цели – взаимопонимания и договоренности. Относительно основных типов дискурса, речь идет о средствах коммуникативного действия (например, разговор с целью информирования и обучения или зарание организованный диспут); коммуникативное действие, которое лишь внешне приобретает форму дискурса (все формы идеологического оправдания); терапевтический дискурс, где создание условий для него выступает основанием для саморефлекси (психоаналический разговор врача и пациента); нормальный дискурс, который служит обоснованию проблематических претензий на значения (например, научная дискуссия); новые формы дискурса (обучение с помощью дискурса вместо дискурса как средства для информирования или инструкций, модель свободной семинарской дискуссии – согласно Гумбольдту) [6, c.115].

Ради ведения дискурса и достижения взаимопонимания субъекты дискурса должны овладеть «коммуникативной компетенцией», или «универсальной прагматикой», в качестве предпосылки самой возможности установления взаимопонимания при помощи употребления универсалий, которые конституируют ситуацию диалога. Под «коммуникативной компетенцией» Хабермас понимает способность проводить дискурс, в процессе которого достигается соглашение и взаимопонимание между участниками дискурса. Свою же (вместе з К.-О. Аппелем) попытку обосновать кантовскую теорию морали (и его версию общественного договора) при помощи коммуникативной теории Хабермас называет дискурсивной этикой, где место кантовского категорического императива занимает процедура моральной аргументации. В соответствии с ней «только те нормы могут претендовать на значимость, которые получают согласие всех возможных участников практического дискурса.

В своей класической работе «Теории коммуникативного действия» Хабермас не только различает когнитивно-инструментальную и коммуникативную рациональности, но и подчеркивает отличия их внутреннего направления. Если в первом случае речь идет о господстве, то во втором – о коммуникативном понимании. Особенностью предложенной Хабермасом коммуникативной рациональности является также ее внутренняя связь с ответственностью, поскольку «рациональность» есть граничным понятием с нормативным содержанием, которое выходит за пределы любой местной общности в направлении к универсальной общности. Не останавливаясь на уже достаточно детально описанном в отечественной литературе отличии целерационального и коммуникативного действия, отметим лишь их принципиальное отличие, четко показанное в работе «Моральное сознание и коммуникативное действие»: «Координация действий субъектов, которые, таким образом, ведут себя друг с другом стратегически, зависит от того, насколько эгоистический расчет собственной выгоды уравновешивается расчетом выгоды с противоположной стороны. Тогда степень кооперации и стабильности зависит от удовлетворения интересов участников взаимодействия. В противовес этому я говорю о коммуникативномдействии, когда участники идут на то, чтобы внутренне согласовать между собой планы своих действий и придерживаться тех или иных своих намерений лишь при условии согласияотносительно существующей ситуации и ожидаемых результатов, которые уже существуют между ними, или об этом еще только будут договариваться» [4, c.199]. В обоих случаях участники действуют рационально, но в первом стремятся лишь к успеху, а в другом – к достижению соглашения в процессе честного общения.

Поэтому,кроме собственно прагматичного или целерационального, следует говорить и об этико-экзистенциальном (направленном на герменевтическое и критическое прояснение самосознания индивида) и морально-практическом дискурсе. Основная цель последнего – обоснование и применение норм, которые регулируют взаимные права и обязанности, а также справедливое решения конфликтов, возникающих в сфере общественно нормированного поведения. При помощи морально-практического дискурса конституируется интерсубъективность высшей пробы, в которой «перспектива каждого переплетается с перспективой всех», благодаря непредвзятости, преодолеваются эгоистические и формируются общепризнанные, общие положения участников процесса дискурса.

Заслуживает внимания отличие трактовки практического дискурса у Хабермаса от понимания Дж. Роулза. Хабермас идет дальше предложенного Роулзом в качестве методологического принципа «первоначального состояния», в котором участники общественного договора выступают в качестве равноправных участников, не взирая на их реальное социальное положение. Что предлагает Хабермас? Он настаивает на том, что его метод практического дискурса имеет существенные преимущества как над идеей первоначального состояния Дж. Роулза, в котором, как уже отмечалось, все способные к рациональным решениям участники выступают равноправными партнерами договора, так и над теорией идеального перенимания ролей Дж.Г. Мида. Особенностью практического дискурса есть не только признание ним единственной силы – силы лучшего аргумента (тут Хабермас опирается на теорию Р. Алекси) в совместном поиске. Более важным  становится то, что именно практический дискурс выступает как форма аргументативного волеизъявления, которая имеет обязательный характер, форма, которая (как и «первоначальное состояние» Роулза) только на основе всеобщих предпосылок коммуникации должна гарантировать правильность (или справедливость) любого взаимопонимания, возможного при таких условиях. Такую роль дискурс играет благодаря идеализирующим установкам на понимание, которые фактически должны совершать участники дискурса в процессе аргументации.

Заключение. Принципиально важным для понимания дискурсивной природы новейшей философии общественного договора является вывод относительно теоретической и практической оправданности перехода Хабермаса к рассмотрению проблемы прагматичного, этического и морального применения дискурсав сфере социального бытия. Это дальнейшее развитие принципа объединения диалогической и инструментальной рациональностей имеет несколько существенных последствий: речь идет о важном изменении роли Иного в понимании проблем свободы, добра и справедливости. И это изменение заложено в факте (которого стремился избежать, в отличие от прагматических и этических соображений, морально-практический дискурс) реальности пересечения, столкновения между собой разных стремлений и волеизъявлений. А объективируется он в проблеме возможности и механизмах достижения общих намерений. В отношении проблемы общественного договора, речь идет, как о необходимости компромиссов и учитывания индивидуальных жизненных планов, так и о проблеме легитимности власти и необходимых для нормального функционирования универсальных принципов чувства справедливости и доверия. Можно без преувеличения утверждать, что в исследованиях Хабермаса, особенно в его работе «Вовлечение другого» воплощается общая тенденция современной европейской политической и социальной философии, ее понимания необходимости осмысления того, что сложные общества не могут сохранять свою целостность благодаря только лишь чувствам, которые подобно эмоциям симпатии или доверия направлены на ближнюю сферу. Моральное отношение к чужим требует «искусственных» добродетелей, прежде всего, настроенности на справедливость. Кроме того, через стемление контрактуализма увязать нормативное обоснование справедливости с интересами отдельных людей, перед дискурсивной этикой возникает проблема этичного оправдания правовых норм, которые не могут базироваться лишь на принуждении лучшего аргумента.

Важной и плодотворной для Габермаса стала идея о необходимости перехода от этико-экзистециальных к этико-политическим дискурсам, которые ставят целью установить общие не только для отдельного сообщества, а и для всех сообществ того или иного социума ценности и идеалы. Данное положение тесно связано с особенностью этико-политического дискурса, участники которого выходят за пределы конкретного политического сообщества и принимают на себя статус участников неограниченного коммуникативного сообщества и практикуют рациональность уважения и доверия с каждым конкретным индивидом. Методологически идея данного перехода созвучна тенденции, частично зафиксированной в работе французского философа В. Декомба, направленной на преодоление дуалистического толкования социальной жизни и понимания означенной Хабермасом проблемы солидарности не только с близкими, но и с чужими людьми. В одной из своих последнихработ Декомб предлагает механизмы объединения основанного на добровольном соглашении рациональных индивидов понимания социального бытия с истолкованной как способность овладеть нормативным измерением социальных институций автономией. К такому же пониманию приходит и Хабермас, настаивая на том, что дискурс не разрывает, а конституирует социальные отношения, учитывая интересы каждого его участника.

 

Литература:

  • 1 Марков Б.В. В поисках другого., Хабермас Ю. Вовлечение другого. Очерки политической теории. – С.-Пб., 2001., С. 5- 44.
  • 2. Фарман И.П. Социально-культурные проекты Юргена Хабермаса. – М., 1999. – 244 с.
  • 3. Хабермас Ю. Вовлечение другого. Очерки политической теории. – С.-Пб., 2001. – 417 с.
  • 4. Хабермас Ю. Моральное сознание и коммуникативное действие.– СПб., 2001. –379 с.
  • 5. Єрмоленко А.М. Комунікативна практична філософія. – К., 1999.– 488 с.
  • 6. Habermas J., Luhmann N. Theorie der Gesellschaft oder Sozialtechnologie: Was leistet die Sys-temforschung? – Frankfurt a. M., 1971.
Comments: 5

Kruchinin Sergei

Уважаемый Дмитрий Владимирович! Пересекаются ли когда-нибудь и где-нибудь параллели? Cможет любой человек задать хотя бы один раз в жизни такой себе вопрос? Думаем, что да, задает человек себе такой вопрос. Но кто-то один, возможно, раз, кто-то два, кто-то, может быть, пытается его озвучить, но не сможет этого сделать, потому, что, возможно, плохое здоровье или подлость не дадут этого сделать. Но есть такие люди, которые, не взирая ни на что, без этого вопроса не могут прожить и дня, и часа, и даже мгновения... Кто же это? Это философы и ученые в полном смысле этого слова. Но далее еще болем интереснее… Если вопрос задан, на него требуется ответ. Но как отвечать на него? Непросто! А далее совсем-совсем очень тяжело и плохо… Как же узнать, кто правильно ответил на вопрос? И откуда брать критерии правильности? Думаем, что является возможным правильно ответить на этот вопрос. Чем более воспитаннее, образованнее и интеллигентне будет человек, задающий такой или любо другой вопрос, тем больше у него шансов есть более правильнее ответить на него. Поэтому часто становиться модой быть образованным человеком, оставаясь невоспитанным, или же просто глупым, не стремящимся слышать другого человека, но это к автору этой статьи не относится! Хотелось бы, чтобы автор статьи делал побольше сравнений, параллельных сравнений, например, Ж. Руссо и Ю. Хабермаса, но не просто так, от случая к случаю в тексте, а целенапрвленно и по определенным идейным или мировоззренческим, теоретическим позициям и всегда согласовывал бы это с позиией современной науки. При этом сравнение выложить бы в таблице, например. Самым главным при этом является сохранение общей логики исследования, наличие реального плана исследования согласно намеченным целям и задачам исследования с пониманием того, во имя чего Вы это делете. В таком случае будет успех, а не только громкие названия и термины! Вы поставили вышеназванный вопрос (пересекаються ли параллельные) и прихожу к выводу, что автор статьи не побоялся бы поставить не только этот, но и другие, более актуальные вопросы. Хотелось бы видеть, чтобы автор побыстрее нашел правильный ответ, …и чтобы другие с ним, более опытные, согласились в этом... Удачи. С Ув.

Dedyulina M.A.

Работа очень актуальная и научно-обоснованная. В качестве пожелания хотелось бы, чтобы автор в последующих своих работах, посвященных творчеству Ю.Хабермаса раскрывая коммуникативность достаточно внимания уделял морали и нравственности.

Stepanova Nataliia Mikhailovna

Уважаемый Дмитрий Владимирович! Ваша работа глубоко теоретическая, но, к сожалению, нет и намека на практическое ее применение. Ваше исследование значительно набрало бы актуальности, если бы Вы предложили как можно коммуникативную рациональность Ю.Хабермаса внедрить в современное общество, украинское или какое-нибудь другое. Надеюсь, у Вас все еще впереди. Желаю успехов, с уважением, Наталия Степанова.

Treschalin Michail Yuriyevich

Уважаемый Дмитрий Владимирович! Внимательно изучил Вашу статью, но не нашел варианта (версии) общественного договора. Вспомнились утопические предложения Оуэна и Сен-Симона. Возможно, на уровне обсуждений, теории и предложения Хабермаса интересны. Но как то смутно представляю себе их реализацию в современном мире. С уважением М.Ю. Трещалин

Roman Kljujkov

Уважаемый Дмитрий! Это Хабермас "считает коммуникацию", он "создал проект общественного договора", и т.д. Вы во всём согласны с Хабермасом! Честь и хвала Хабермасу, но не Вам! Что дал Ваш "углублённый анализ"? Где расчленение на части, выявление их свойств, неожиданных даже для Хабермаса? Где анализ? С уважением, Клюйковы
Comments: 5

Kruchinin Sergei

Уважаемый Дмитрий Владимирович! Пересекаются ли когда-нибудь и где-нибудь параллели? Cможет любой человек задать хотя бы один раз в жизни такой себе вопрос? Думаем, что да, задает человек себе такой вопрос. Но кто-то один, возможно, раз, кто-то два, кто-то, может быть, пытается его озвучить, но не сможет этого сделать, потому, что, возможно, плохое здоровье или подлость не дадут этого сделать. Но есть такие люди, которые, не взирая ни на что, без этого вопроса не могут прожить и дня, и часа, и даже мгновения... Кто же это? Это философы и ученые в полном смысле этого слова. Но далее еще болем интереснее… Если вопрос задан, на него требуется ответ. Но как отвечать на него? Непросто! А далее совсем-совсем очень тяжело и плохо… Как же узнать, кто правильно ответил на вопрос? И откуда брать критерии правильности? Думаем, что является возможным правильно ответить на этот вопрос. Чем более воспитаннее, образованнее и интеллигентне будет человек, задающий такой или любо другой вопрос, тем больше у него шансов есть более правильнее ответить на него. Поэтому часто становиться модой быть образованным человеком, оставаясь невоспитанным, или же просто глупым, не стремящимся слышать другого человека, но это к автору этой статьи не относится! Хотелось бы, чтобы автор статьи делал побольше сравнений, параллельных сравнений, например, Ж. Руссо и Ю. Хабермаса, но не просто так, от случая к случаю в тексте, а целенапрвленно и по определенным идейным или мировоззренческим, теоретическим позициям и всегда согласовывал бы это с позиией современной науки. При этом сравнение выложить бы в таблице, например. Самым главным при этом является сохранение общей логики исследования, наличие реального плана исследования согласно намеченным целям и задачам исследования с пониманием того, во имя чего Вы это делете. В таком случае будет успех, а не только громкие названия и термины! Вы поставили вышеназванный вопрос (пересекаються ли параллельные) и прихожу к выводу, что автор статьи не побоялся бы поставить не только этот, но и другие, более актуальные вопросы. Хотелось бы видеть, чтобы автор побыстрее нашел правильный ответ, …и чтобы другие с ним, более опытные, согласились в этом... Удачи. С Ув.

Dedyulina M.A.

Работа очень актуальная и научно-обоснованная. В качестве пожелания хотелось бы, чтобы автор в последующих своих работах, посвященных творчеству Ю.Хабермаса раскрывая коммуникативность достаточно внимания уделял морали и нравственности.

Stepanova Nataliia Mikhailovna

Уважаемый Дмитрий Владимирович! Ваша работа глубоко теоретическая, но, к сожалению, нет и намека на практическое ее применение. Ваше исследование значительно набрало бы актуальности, если бы Вы предложили как можно коммуникативную рациональность Ю.Хабермаса внедрить в современное общество, украинское или какое-нибудь другое. Надеюсь, у Вас все еще впереди. Желаю успехов, с уважением, Наталия Степанова.

Treschalin Michail Yuriyevich

Уважаемый Дмитрий Владимирович! Внимательно изучил Вашу статью, но не нашел варианта (версии) общественного договора. Вспомнились утопические предложения Оуэна и Сен-Симона. Возможно, на уровне обсуждений, теории и предложения Хабермаса интересны. Но как то смутно представляю себе их реализацию в современном мире. С уважением М.Ю. Трещалин

Roman Kljujkov

Уважаемый Дмитрий! Это Хабермас "считает коммуникацию", он "создал проект общественного договора", и т.д. Вы во всём согласны с Хабермасом! Честь и хвала Хабермасу, но не Вам! Что дал Ваш "углублённый анализ"? Где расчленение на части, выявление их свойств, неожиданных даже для Хабермаса? Где анализ? С уважением, Клюйковы
PARTNERS
 
 
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
Would you like to know all the news about GISAP project and be up to date of all news from GISAP? Register for free news right now and you will be receiving them on your e-mail right away as soon as they are published on GISAP portal.