facebook
twitter
vk
instagram
linkedin
google+
tumblr
akademia
youtube
skype
mendeley
Page translation
 

Актуализация аксиологических коннотаций категории определенности/неопределенности в русско-английском переводе

Актуализация аксиологических коннотаций категории определенности/неопределенности в русско-английском переводе
Mirzoyeva Leila, head of a chair, doctor of philology, associate professor

Suleyman Demirel University, Kazakhstan

Conference participant

The article is dedicated to axiological aspects of certainty/uncertainty and their representation in Russian-English translation. This problem can be considered as one of the topical issues existing in literary translation and pragmatics due to national image of the world and its reconstruction in translated texts.

 

В связи с тем, что в лингвистических исследованиях последнего времени реализована возможность использования сочетания когнитивного и прагматического подходов, становится необходимым рассмотрение под данным углом зрения такой категории, как определенность/неопределенность,  в рамках которой прагматическое значение зачастую становится превалирующим. Наиболее часто примат прагматической составляющей отмечается тогда, когда значение определенности/неопределенности реализуется в таких подсистемах, как разговорная речь и художественный текст.  Помимо этого, в ряде исследований отмечается метатекстовый характер данной категории. «Среди метатекстовых операторов (в широком, обычном смысле слова) нетрудно выделить такие, которые устанавливают эквивалентность или квазиэквивалентность внутри текста», - утверждает А. Вежбицка [1]. Следует также отметить, что прагматические значения, сопутствующие определенности/неопределенности в русском языке, – один из факторов, затрудняющий воссоздание имплицитно представленной оценки в переводе на английский: в английском языке оценочный потенциал эквивалентных лексических единиц не столь значителен (при анализе приводимых ниже случаев становится очевидным, что, например, английские some, something, somewhere, somebody  и др. не передают всего того спектра аксиологических коннотаций, которое актуализируется при использовании русских что-то, кто-то, где-то; аналогичная ситуация наблюдается при использовании модальных слов).  Сравним, например, позицию Н.С. Трубецкого относительно выраженности данной категории в германских языках. Исследователь выделяет три способа выражения понятия определенности:

«А) синтагма, образованная существительным и «определенным артиклем»;

В) специальная форма существительного (сочетание основы существительного и специального аффикса)

Hund(швед. - собака) - hunden(данная собака);

С) специальная форма другого слова (существительного, прилагательного, глагола), относящегося к рассматриваемому существительному, то есть образующего с ним синтагму (детерминативную или предикативную)»[2, с. 187].  Об этом же свидетельствуют и В противоположность английскому, в русском языке категория определённости – неопределённости не имеет морфологического выражения и выражается лексически. Для выражения определённости используются: частица – то, указательные местоимения этот, эта, это, эти или тот, та, те, то. По своей функции они соответствуют определённому артиклю. Для выражения неопределённости используются местоимения какой-то, какая-то, какие-то, какое-то; числительное один. При переводе на английский язык они заменяются неопределённым артиклем a или an. Но нужно иметь в виду, что замены такого рода не являются регулярными, а зависят от контекста [3].

В русском языке нет аналогичного выделенным Н.С. Трубецким регулярных грамматических показателей, специализированных на выражении данного значения; поэтому определенность/неопределенность выражается целым комплексом взаимодействующих средств и может рассматриваться как многоуровневая категория, т.к. средства, выражающие данное значение, соотносятся с разными языковыми уровнями. По мнению М.В. Маштаковой, в русском языке к функциям категории определенности-неопределенности относятся функции актуализации и детерминации, которые выражаются лексическими, грамматическими, морфологическими и синтаксическими способами                    [4, с. 9].

Отметим также, что в рамках субъективно-объективной направленности определенности/неопределенности, отмечаемой исследователями, может быть реализован и аксиологический потенциал данной категории. Значение неопределенности в ряде случаев сопрягается с пейоративным полюсом оценочной шкалы (т.е. отсутствие определенности мыслится как антипод позитивной оценки); значение определенности воспринимается как нейтральное, как своеобразный  нуль оценки: оно соответствует норме и, следовательно, безразлично к оценочному знаку.

Категориальное значение определенности/неопределенности является значимой частью эмоциональной языковой картины мира: так, неопределенное авось воспринимается синхронно и как негативная оценка того, с чем оно сопрягается в модальной рамке высказывания. Ср. хотя бы утверждение А. Вежбицкой: «Согласно данным толковых словарей авось означает просто 'возможно, может быть', а связанное с этим словом выражение на авось имеет значение 'в надежде на ничтожно малый шанс'. Между тем в русском, как, впрочем, и в большинстве других европейских языков, имеется еще одна модальная частица, гораздо ближе, чем авось, стоящая к таким английским словам, как perhaps и maybe. Я имею в виду может быть. Слово авось означает нечто иное, это не просто слово со значением 'возможно', и, хотя при переводе на английский за неимением лучшего эквивалента мы обычно пользуемся словом perhaps 'возможно', есть достаточно много контекстов, в которых слова perhaps и maybe, видимо, не могут быть переведены на русский как авось» [5, с. 76-77].

По мнению Е.С. Кубряковой, в современном языкознании акцентируется внимание на феномене эмоциональной языковой картины мира, которая  выступает как разновидность языковой картины мира, в которой оценочный аспект языка находит наиболее полное и разнообразное выражение. Выше уже приводилось определение данного феномена, предложенное  И.А. Волостных, согласно которому в понятие «эмоциональная языковая картина мира» включаются эмоциональные представления, эмоциональные понятия, эмоциональные концепты. При этом, обретая языковую форму, они образуют сложное (как в плане структуры, так и в плане смысла) образование. Все эти компоненты находят свое место в сфере эмотивно оценочного континуума, соотносимого с фрагментами окружающего мира. И.А. Волостных подчеркивает, что как зарождение, так и эволюция эмоциональной языковой картины мира обусловлены самим языком [6, с.  6].

Оценочность можно квалифицировать как основу, как отправную точку для формирования национально-специфичной картины мира; следовательно, если рассматривать ее на диахронической оси, эволюция ценностных ориентаций, отраженных в языке с помощью ряда специализированных средств выражения, является основной причиной, генерирующей трансформацию национально-специфичной картины мира, которая, по мнению Ю.Н. Караулова, отражает специфику национального восприятия мира, наделена универсальностью и в то же время – экспрессивностью. Наиболее важным ее параметром является ее антропоцентричность [6, с 12]. Адекватность лексической единицы актуальной русской культурной картине мира и современным представлениям о русской языковой личности, ее «воспринимаемость» всеми членами языкового коллектива зависят не только от фонетического, графического и тому подобного оформления, но и от соответствия ее семантики и структуры общерусскому языковому типу, системе ценностей, ориентации на прагматическом уровне языковой личности, а также «сетке понятий», представляемой общей и индивидуальной картинами мира.

На основе сказанного выше хотелось бы обратить особое внимание на суггестивный потенциал значения неопределенности в процессе выражения оценки, и в особенности – на возможность инверсии оценки под воздействием данного значения.   

Как показывает анализ контекстов, извлеченных из художественных текстов методом сплошной выборки, значение неопределенности (и недостоверности как одна из его модификаций) способно индуцировать атмосферу кажимости, которая сопрягается с негативной частью оценочной шкалы:

Успел же он прочесть всего только несколько лекций, и, кажется, об аравитянах;…

He only had time to deliver a few lectures, I believe they were about the Arabs…

… начало одного глубочайшего исследования – кажется, о причинах необычайного нравственного благородства каких-то рыцарей в какую-то эпоху или что-то в этом роде. По крайней мере проводилась какая-то высшая и необыкновенно благородная мысль.

…the beginning of a very profound investigation into the causes, I believe, of the extraordinary moral nobility of certain knights at a certain epoch or something of that nature. Some lofty and exceptionally noble idea was maintained in it, anyway.

 

… Прекратил же он свои лекции об аравитянах потому, что перехвачено было как-то и кем-то (очевидно, из ретроградных врагов его) письмо к кому-то с изложением каких-то «обстоятельств», вследствие чего кто-то потребовал от него каких-то объяснений.

He cut short his lectures on the Arabs because, somehow and by some one (probably one of his reactionary enemies) a letter had been seized giving an account of certain circumstances, in consequence of which some one had demanded an explanation from him.

 

Тема… Но кто ее мог разобрать, эту тему? Это был какой-то отчет о каких-то впечатлениях, о каких-то воспоминаниях. Но чего? Об чем? Как ни хмурились наши губернские лбы целую половину чтения, ничего не могли одолеть, так что вторую половину прослушали лишь из учтивости. Правда, много говорилось о любви, о любви гения к какой-то особе, но, признаюсь, это вышло несколько неловко…

 

Who could make it out? It was a sort of description of certain impressions and reminiscences. But of what? And about what? Though the leading intellects of the province did their utmost during the first half of the reading, they could make nothing of it, and they listened to the second part simply out of politeness. A great deal was said about love, indeed, of the love of the genius for some person, but I must admit it made rather an awkward impression. For the great writer to tell us about his first kiss seemed to my mind a little incongruous with his short and fat-little figure . . .

 (Ф.М. Достоевский. Бесы./ Перевод на английский ConstanceGarnett, 1916).

Прежде всего, хотелось бы обратить внимание на использование разноплановых лексико-грамматических средств с целью выражения значения неопределенности, подчеркивание которого и создает негативно оценочный фон для восприятия того, о чем сообщается в данном текстовом фрагменте. В число средств выражения указанного значения включаются, во-первых, неопределенные местоимения кто-то, что-то, какой-то, являющиеся весьма специфичным и неоднородным классом слов с позиций грамматики, но семантически и прагматически связанные с отрицательным полюсом шкалы оценок (при высокой интенсивности их использования в рамках одного контекста значение кажимости и сопровождающий его негативно оценочный ореол также интенсифицируется). Во-вторых, в качестве экспликатора негативной оценки могут быть включены модальные слова со значением недостоверности (кажется); помимо этого, ироническое восприятие объекта оценки (в данном случае – текст) подчеркивается иными модальными словами, с помощью которых субъект оценки дистанцируется от ее объекта (очевидно, правда).

В английском тексте модальная рамка высказывания несколько упрощается, т.е. аксиологический (пейоративный/мелиоративный) компонент практически не воссоздан в переводе. Так, в ряде случаев не воспроизведено (и не могло бы быть воспроизведено в связи со структурными  и прагматическими особенностями английского предложения) навязчивое повторение одних и тех же лексических единиц, создающее иронический колорит (см., например, последний из приведенных выше примеров). Опущение и модуляция – трансформации, использованные при воссоздании данных средств оценки, –  в данном случае способствовали ее приглушению.

Индуцируемая негативная оценка является свидетельством того, что «кажимость» как негативно воспринимаемое вследствие своего манипулятивного характера значение имеет достаточно широкий спектр средств выражения. Возможно говорить именно о манипулятивном характере языковых средств оригинала, т.к. в приведенных нами текстовых фрагментах прослеживается именно способность языковых средств со значением неопределенности не прояснить, а именно «затуманить» суть сообщения, что и является основой манипулирования.  В английской же версии именно манипулятивность  маркеров неопределенности утеряна, что обусловливает и снижение эмоционального воздействия, и утрату экспрессивности, порождаемой данными средствами выражения оценки. Ср. также: 

… Тут непременно кругом растет дрок (непременно дрок или какая-нибудь такая трава, о которой надобно справляться в ботанике). При этом на небе непременно какой-то фиолетовый оттенок, которого, конечно, никто никогда не примечал из смертных, то есть и все видели, но не умели приметить, а «вот, дескать, я поглядел и описываю вам, дуракам, как самую обыкновенную вещь». Дерево, под которым уселась интересная пара, непременно какого-нибудь оранжевого цвета. Сидят они где-то в Германии. Вдруг они видят Помпея или Кассия накануне сражения, и обоих пронизывает холод восторга. Какая-то русалка запищала в кустах. …

«Мы зарыдали и расстались навеки». Она куда-то на берег моря, он в какие-то пещеры…

There had to be a framework of gorse (it had to be gorse or some such plant that one must look up in a flora) and there had to be a tint of purple in the sky, such as no mortal had ever observed before, or if some people had seen it, they had never noticed it, but he seemed to say, “I have seen it and am describing it to you, fools, as if it were a most ordinary thing.” The tree under which the interesting couple sat had of course to be of an orange colour. They were sitting somewhere in Germany. Suddenly they see Pompey or Cassius on the eve of a battle, and both are penetrated by an ecstasy. Some wood-nymph squeaked in the bushes.

 We sobbed and parted for ever.” She went off somewhere to the sea coast, while he went to visit some caves, and then he descends and descends and descends for three years under Suharev Tower in Moscow, and suddenly in the very bowels of the earth, he finds in a cave a lamp, and before the lamp a hermit.

 (Ф.М. Достоевский. Бесы/ Перевод на английский ConstanceGarnett, 1916)

Интересно, что зачастую в переводе значение неопределенности подвергается конкретизации, что обусловливает снижение как эмотивного и экспрессивного потенциала фрагмента текста, содержащего данные оценочные средства, так и изменение картины, т.е. появление иных оснований изобразительности. Ср.:

Потом, на вторые сутки, небо стало бледнеть, 
горизонт затуманился: близилась земля, 
показались Иския, Капри, в бинокль уже виден 
был кусками сахара насыпанный у подножия чего-то сизого Неаполь…
(И.А. Бунин. Господин из Сан-Франциско).

 

The next day the sky began
to pale, the horizon grew dim, 
land was approaching : Ischia, 
Capri could be seen through the 
glasses, then Naples herself, 
looking like pieces of sugar 
strewn at the foot of some 
dove-coloured mass; whilst beyond, 
vague and deadly white 
with snow, a range of distant mountains.
"The Gentleman from San Francisco"
translated by D. H.Lawrence and S. S. Koteliansky

Безусловно, таинственность и неопределенность бунинских красок (чего-то серого) снижается при воссоздании в переводе (somedove-colouredmass), где грамматически необходимая конкретизация трансформирует восприятие пейзажа.

Приведенный материал дает возможность утверждать, что категория определенности/неопределенности в русском языке находится во взаимодействии и взаимопроникновении с категорией оценки, а также с категориями выразительности и изобразительности, которые являются важнейшими слагаемыми художественного перевода. Тесная взаимосвязь этих категорий может рассматриваться как один из факторов, оказывающих влияние на формирование эмоциональной картины мира, которая актуализируется в речи. Помимо этого, очевидна необходимость декодирования оценочных смыслов, заложенных в данных единицах, с целью наиболее точного воссоздания не только их семантики (что осуществлено в приведенных здесь переводах достаточно удачно), но и их прагматики в переводе (что является одной из сложных переводческих проблем).
     

Литература:  

  1. Вежбицка А. Метатекст в тексте http://www.filologbook.ru/sintaksis/vegbicka_metatekst.html
  2. Трубецкой Н.С. Избранные труды по филологии. – М.: Прогресс, 1987.
  3. http://study-english.info/article057.php
  4. Маштакова М.В. Определенность-неопределенность в русском и французском языках: значения, функции и способы выражения: диссертация ... кандидата филологических наук. - Москва, 2005.
  5. Вежбицкая А. Язык. Культура. Познание. М., 1996.
  6. Волостных, И.А.: Эмоциональные концепты «страх» и «печаль» в русской и французской языковых картинах мира (лингвокультурологический аспект): автореф. дис. ... канд. филол. наук. – Краснодар, 2007.
  7. Караулов Ю.Н. Русский язык и языковая личность. – М., 1987. – 264 с.
Comments: 12

Redkva Yaroslav Petrovych

Уважаемая Лейла Мирзоева, мне, как слависту, часто приходится сталкиваться с проявлением категорий определенности/неопределенности в польском, украинском языках и отслеживать их взаимодействие и взаимопроникновение с категориями выразительности и изобразительности при переводе с одного языка на другой (включая также и английский). Очень сложно при этом сохранить тот эмотивный и экспрессивный потенциал текста. В этом, в том числе, и состоит мастерство перевода. Вы в этом очень хорошо разбераетесь. С уважением, Ярослав Редьква

Mirzoyeva Leila Yurievna

Большое спасибо Вам, Ярослав, за высокую оценку работы. Да, к сожалению, эмотивно-оценочная информация зачастую не находит отражения в переводе и входит в те 25%, которые могут быть утрачены (и при этом перевод будет признан адекватным). Хотелось бы также ознакомиться с Вашими работами, посвященными категории определенности/неопределенности. С глубоким уважением, Лейла

Hamze Dimitrina

Уважаемая Лейла! Большое спасибо за интересный доклад! Четкие Ваши наблюдения, что категория Определенность/Неопределенность выражается „целым комплексом взаимодействующих средств и может рассматриваться как многоуровневая категория”, что прагматические значения „сопутствующие определенности/неопределенности в русском языке, – один из факторов, затрудняющий воссоздание имплицитно представленной оценки в переводе на английский: в английском языке оценочный потенциал эквивалентных лексических единиц не столь значителен”. Аксиологический потенциал в оценочной шкале рассматриванной категории размещается между пейоративным полюсом, с которым сопрягается неопределенность и неутральной степеней, маркированной определенностью. Очерчен эмоциональный профиль аналзированой категории. Обращается внимание на манипулятивный характер неопределенности в русском языке (на конкретных примерах), который отсуствует в английском переводе из-за утраты экспресивности и эмоционального воздействия; на конкретизацию неопределенности в английском „эквиваленте”, где доходит до изменения картины и появления „иных оснований изобразительности”. Благодарю сердечно за ценное исследование! С глубоким уважением! Димитрина

Mirzoyeva Leila Yurievna

Большое спасибо за высокую оценку моей работы! ХОтелось бы также узнать об оценочном потенциале данной категории в болгарском языке. С глубоким уважением, Лейла

Shutova Liliia

Доклад интересен. Особенность каждого национального языка состоит в том, что он выражает свою, особую картину мира, дает представление об особенностях мировоззрения, культурных ценностях, нормах поведения, различных стереотипах. Тем более ценным является сопоставительный аспект исследований языковых явлений. Это большой труд. Спасибо. С уважением Лилия Шутова

Parzulova, Mariyana

Доклад- интересный. На базе много примеров в русском и в переводе на английском языке автор доказывает, что категория определенности/неопределенности находится во взаимодействии и взаимопроникновении с категорией оценки, а также с категориями выразительности и изобразительности. Желаю коллеге успеха! Марияна Парзулова

Kosykh Elena

Категория определённости - неопределённости в лингвистике применительно к разным уровням языка трактуется по-разному. Рассмотрение этой оппозиции в переводческом аспекте интересно и проблематично. Что в переводе языкового (объективного), а что от переводчика, его предпочтений? Спасибо. Е.К.

Mirzoyeva Leila Yurievna

Здравствуйте! Хотелось бы поблагодарить за выраженный Вами интерес к моему докладу. Проблема объективности перевода, ориентированности на существующие в языке оригинала (source language) и в языке перевода (target language) является весьма острой не только применительно к данной категории. Думаю, что в случае с определенностью/неопределенностью субъективизм переводчика весьма высок, как, наверное, и вообще во всех случаях, имеющих отношение к воссозданию эмотивности и оценочности в переводе. С уважением, Лейла

Zalevskaya Alexandra Alexandrovna

Уважаемая Лейла! Вы исследуете исключительно интересную проблему, в статье содержатся наглядные примеры, свидетельствующие о проделанном Вами вдумчивом анализе обширного фактического материала. Вместе с тем можно высказать сомнение в том, что рассматриваемые Вами русские и английские слова являются эквивалентными: скорее, это только корреляты, что и доказывается расхождениями в примерах некоторых переводов (см. использование модальных слов). Мне также кажется чрезвычайно трудным, а иногда просто невозможным, четко разграничить эмоцию и оценку, поскольку это две стороны одного и того же переживания отношения к некоторому объекту, действию, состоянию. Совершенно не могу принять трактовку эмоциональной картины мира как разновидности языковой картины мира у Е.С. Кубряковой, а тем более - ограничение эмоциональной картины мира "эмоциональными представлениями, эмоциональными понятиями, эмоциональными концептами" по высказываниям И.А. Волостных, поскольку для носителя языка любое языковое явление в какой-то мере эмоционально-оценочно маркировано. Фактически приводимые Вами примеры об этом свидетельствуют: категория неопределенности вроде бы нейтральна, а на самом деле - это далеко не так. Что Вы по этому поводу думаете? Всего наилучшего, Александра Александровна Залевская

Mirzoyeva Leila Yurievna

Здравствуйте, глубокоуважаемая Александра Александровна! Очень рада видеть Вас, хотя бы в виртуальном пространстве! Конечно, я согласна с Вами в том плане, что эмоциональная картина мира - это не просто механическая часть национальной языковой картины мира. Другое дело, что они неразрывно связаны, и, как правило, находятся в отношениях взаимопроникновения и тесного взаимодействия. И, конечно, эмотивно-оценочный спектр определенности-неопределенности в русском языке весьма широк (что позволяет говорить о различном восприятии и различной маркированности данной категории в английском и русском языках). Еще раз благодарю за интерес к моему докладу! С глубоким уважением, Лейла

Araeva Liudmila Alekseievna

Уважаемая Mirzoyeva Leila, мы с Вами встречаемся на данной конференции второй раз. Мне интересны Ваши исследования. Но в данной статье – это все-таки не столько особенности перевода, сколько выявление аксиологических качеств русского текста, что, несомненно, значимо для переводчика с русского на английский. А вот причины разнообразных повторов, как мне представляется, проявляются в том, что они в смысловом плане по-разному сочетаются с разными лексическими единицами, вскрывая глубинные ментальные механизмы, проявляющиеся через вербальные соединения в русском языке. С уважением. Людмила Алексеевна Араева

Taranenko Larisa

Уважаемая Mirzoyeva Leila! Спасибо за содержательный доклад, в котором Вы затрагиваете одну из сложных переводческих проблем – проблему адекватного отображения в тексте перевода оценочных коннотаций категории определенности/неопределенности, которая, как известно, может реализовываться по-разному в разных языках. Желаю Вам дальнейших успехов! Тараненко Л.И.
Comments: 12

Redkva Yaroslav Petrovych

Уважаемая Лейла Мирзоева, мне, как слависту, часто приходится сталкиваться с проявлением категорий определенности/неопределенности в польском, украинском языках и отслеживать их взаимодействие и взаимопроникновение с категориями выразительности и изобразительности при переводе с одного языка на другой (включая также и английский). Очень сложно при этом сохранить тот эмотивный и экспрессивный потенциал текста. В этом, в том числе, и состоит мастерство перевода. Вы в этом очень хорошо разбераетесь. С уважением, Ярослав Редьква

Mirzoyeva Leila Yurievna

Большое спасибо Вам, Ярослав, за высокую оценку работы. Да, к сожалению, эмотивно-оценочная информация зачастую не находит отражения в переводе и входит в те 25%, которые могут быть утрачены (и при этом перевод будет признан адекватным). Хотелось бы также ознакомиться с Вашими работами, посвященными категории определенности/неопределенности. С глубоким уважением, Лейла

Hamze Dimitrina

Уважаемая Лейла! Большое спасибо за интересный доклад! Четкие Ваши наблюдения, что категория Определенность/Неопределенность выражается „целым комплексом взаимодействующих средств и может рассматриваться как многоуровневая категория”, что прагматические значения „сопутствующие определенности/неопределенности в русском языке, – один из факторов, затрудняющий воссоздание имплицитно представленной оценки в переводе на английский: в английском языке оценочный потенциал эквивалентных лексических единиц не столь значителен”. Аксиологический потенциал в оценочной шкале рассматриванной категории размещается между пейоративным полюсом, с которым сопрягается неопределенность и неутральной степеней, маркированной определенностью. Очерчен эмоциональный профиль аналзированой категории. Обращается внимание на манипулятивный характер неопределенности в русском языке (на конкретных примерах), который отсуствует в английском переводе из-за утраты экспресивности и эмоционального воздействия; на конкретизацию неопределенности в английском „эквиваленте”, где доходит до изменения картины и появления „иных оснований изобразительности”. Благодарю сердечно за ценное исследование! С глубоким уважением! Димитрина

Mirzoyeva Leila Yurievna

Большое спасибо за высокую оценку моей работы! ХОтелось бы также узнать об оценочном потенциале данной категории в болгарском языке. С глубоким уважением, Лейла

Shutova Liliia

Доклад интересен. Особенность каждого национального языка состоит в том, что он выражает свою, особую картину мира, дает представление об особенностях мировоззрения, культурных ценностях, нормах поведения, различных стереотипах. Тем более ценным является сопоставительный аспект исследований языковых явлений. Это большой труд. Спасибо. С уважением Лилия Шутова

Parzulova, Mariyana

Доклад- интересный. На базе много примеров в русском и в переводе на английском языке автор доказывает, что категория определенности/неопределенности находится во взаимодействии и взаимопроникновении с категорией оценки, а также с категориями выразительности и изобразительности. Желаю коллеге успеха! Марияна Парзулова

Kosykh Elena

Категория определённости - неопределённости в лингвистике применительно к разным уровням языка трактуется по-разному. Рассмотрение этой оппозиции в переводческом аспекте интересно и проблематично. Что в переводе языкового (объективного), а что от переводчика, его предпочтений? Спасибо. Е.К.

Mirzoyeva Leila Yurievna

Здравствуйте! Хотелось бы поблагодарить за выраженный Вами интерес к моему докладу. Проблема объективности перевода, ориентированности на существующие в языке оригинала (source language) и в языке перевода (target language) является весьма острой не только применительно к данной категории. Думаю, что в случае с определенностью/неопределенностью субъективизм переводчика весьма высок, как, наверное, и вообще во всех случаях, имеющих отношение к воссозданию эмотивности и оценочности в переводе. С уважением, Лейла

Zalevskaya Alexandra Alexandrovna

Уважаемая Лейла! Вы исследуете исключительно интересную проблему, в статье содержатся наглядные примеры, свидетельствующие о проделанном Вами вдумчивом анализе обширного фактического материала. Вместе с тем можно высказать сомнение в том, что рассматриваемые Вами русские и английские слова являются эквивалентными: скорее, это только корреляты, что и доказывается расхождениями в примерах некоторых переводов (см. использование модальных слов). Мне также кажется чрезвычайно трудным, а иногда просто невозможным, четко разграничить эмоцию и оценку, поскольку это две стороны одного и того же переживания отношения к некоторому объекту, действию, состоянию. Совершенно не могу принять трактовку эмоциональной картины мира как разновидности языковой картины мира у Е.С. Кубряковой, а тем более - ограничение эмоциональной картины мира "эмоциональными представлениями, эмоциональными понятиями, эмоциональными концептами" по высказываниям И.А. Волостных, поскольку для носителя языка любое языковое явление в какой-то мере эмоционально-оценочно маркировано. Фактически приводимые Вами примеры об этом свидетельствуют: категория неопределенности вроде бы нейтральна, а на самом деле - это далеко не так. Что Вы по этому поводу думаете? Всего наилучшего, Александра Александровна Залевская

Mirzoyeva Leila Yurievna

Здравствуйте, глубокоуважаемая Александра Александровна! Очень рада видеть Вас, хотя бы в виртуальном пространстве! Конечно, я согласна с Вами в том плане, что эмоциональная картина мира - это не просто механическая часть национальной языковой картины мира. Другое дело, что они неразрывно связаны, и, как правило, находятся в отношениях взаимопроникновения и тесного взаимодействия. И, конечно, эмотивно-оценочный спектр определенности-неопределенности в русском языке весьма широк (что позволяет говорить о различном восприятии и различной маркированности данной категории в английском и русском языках). Еще раз благодарю за интерес к моему докладу! С глубоким уважением, Лейла

Araeva Liudmila Alekseievna

Уважаемая Mirzoyeva Leila, мы с Вами встречаемся на данной конференции второй раз. Мне интересны Ваши исследования. Но в данной статье – это все-таки не столько особенности перевода, сколько выявление аксиологических качеств русского текста, что, несомненно, значимо для переводчика с русского на английский. А вот причины разнообразных повторов, как мне представляется, проявляются в том, что они в смысловом плане по-разному сочетаются с разными лексическими единицами, вскрывая глубинные ментальные механизмы, проявляющиеся через вербальные соединения в русском языке. С уважением. Людмила Алексеевна Араева

Taranenko Larisa

Уважаемая Mirzoyeva Leila! Спасибо за содержательный доклад, в котором Вы затрагиваете одну из сложных переводческих проблем – проблему адекватного отображения в тексте перевода оценочных коннотаций категории определенности/неопределенности, которая, как известно, может реализовываться по-разному в разных языках. Желаю Вам дальнейших успехов! Тараненко Л.И.
PARTNERS
 
 
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
Would you like to know all the news about GISAP project and be up to date of all news from GISAP? Register for free news right now and you will be receiving them on your e-mail right away as soon as they are published on GISAP portal.