facebook
twitter
vk
instagram
linkedin
google+
tumblr
akademia
youtube
skype
mendeley
Wiki
Page translation
 

THE DYNAMICS OF THE DEVELOPMENT OF COLLECTIVE IDENTITY OF UKRAINIAN CITIZENS (1991 – 2016)

THE DYNAMICS OF THE DEVELOPMENT OF COLLECTIVE IDENTITY OF UKRAINIAN CITIZENS (1991 – 2016)
Voropayeva Tetyana, старший научный сотрудник, candidate of psychology, associate professor

Taras Shevchenko National University of Kiev, Ukraine

Championship participant: the National Research Analytics Championship - "Ukraine";

the Open European-Asian Research Analytics Championship;

UDC 165.242.1.477

The article discusses thespecifics of the development of collective identity at citizensof Ukraine in the context of consolidation of Ukrainian society. It is proposed integrative understanding of collective identity.

Keywords: collective identity, regional identity, religious identity, ethnic identity,national identity,European civilizational identity,consolidation, citizens of Ukraine.

 

Worldwide intensification of the process of globalization not only leads to the free movement of finance, goods, labor, and a variety of resources, but also to the destruction of local cultures and traditional practices, established ideas and basic values. All of these processes are a serious trial for ethnic cultures since they affect the fundamentals of identity of nations and ethnic groups. This explains why the problem of collective identity in the globalized world has gained key importance in academic research. As a prominent British sociologist Z. Bauman fairly said, the impressive increase in interest toward discussing identity has more to say about the present condition of human society than the famous conceptual and analytical results in its comprehension. [2, p. 176]. In relation to the mentioned above there is no doubt about the relevance of studying the dynamics of formation of the Ukrainian citizens’ collective identity.

It is well known that the issue of identification was actualized yet in the 20th century; various aspects of this issue were researched within psychology, sociology, philosophy, history, ethnology, political science, anthropology, pedagogic etc. The first conceptions of identity were presented in the works by Z. Freud, E. Erikson, K.-G. Jung, H. Tajfel, J. Turner [13; 17], and other scholars. New approaches to studying identity from different theoretical and methodological angles were presented by J. Assmann, M. Barrett, Th. Luckmann, A. Smith, S. Huntington [1; 9; 11; 12], and others. Works by famous Russian and Ukrainian scholars (Yu. Artunyan, P. Gnatenko, Ya. Gritsak, V. Pavlenko, G. Soldatova [8; 10], and others) are dedicated to studying ethnic, religious, civil, national identities, and national consciousness.

Among the first to study the phenomenon of collective identity were Italian scholars A. Melucci and A. Pizzorno (the 80-es – 90-es of the 20th century) [14; 16], who were later joined by R. Jenkins, P. Berger, Th. Luckman, V. Hösle, J. Straub, J. Assmann, V. Tishkov, V. Malakhov, and others. A. Melucci yet in 1985 began to develop the category of NSM – new social movements based on the notion of “collective identity”. He emphasized that collective identity is the result of a joint interactive process of self-determination of a certain number of individuals (or groups) connected with specific orientations of their actions, with a field of opportunities and constraints where their joint activities take place [15]. А. Pizzorno defines collective identity as an interactive and shared definition produced by several interacting individuals who are concerned with the orientation of their action as well as the field of opportunities and constraints in which their action takes place [16]. Therefore, the collective identity formation and development are mediated by an appeal to the universal phenomena of culture and actualization of basic semantic processes. The concept of collective identity comprises the specific collective “We” of a specific community (regional, religious, ethnic, national, civilizational, etc.) and, based on this, it has different forms (regional, religious, ethnic, national, civilizational, etc.). In this way collective identity as a general feeling of belonging to a particular group, community or society, reflects the most essential connections between people and this identity is always rooted in real social practices and relationships.

Since most of contemporary scholars see identity as the result of identification process of oneself or one’s reference group with someone or something, this phenomenon should be regarded as a dynamic structure which develops throughout human life. Its development is non-linear and non-uniform, it can unfold in both progressive and regressive directions passing the steps to overcome the crisis of identity.

We studied the process of the formation of Ukrainian citizens’ identity in several international research projects of the Center of Ukrainian Studies under Taras Shevchenko National University of Kiev (until September,1, 2000, this research was conducted in the Department of Ethnology of The Institute of Ukrainian Studies of Taras Shevchenko National University of Kiev) were the students and graduate students of the faculties of Psychology and Sociology actively took part (Ukrainian national idea: theoretical and empirical aspects [6, p. 127-134]; Socio-psychological and regional aspects of the formation of the Ukrainian citizens’ national consciousness as a factor of nation-building [3, с. 128-133]; The transformation of national identity: historiosophic, cultural, and socio-psychological aspects [4; 5; 7] etc.). These projects were supported by the Renaissance Foundation, The Friedrich Ebert Foundation, The Fundamental Studies Foundation of the Ministry of Education and Science of Ukraine, and also by the Ukrainian Banks Association.

Major types of collective identity of Ukrainian citizens who live in different regions of the country were researched within the projects from 1991 to 2016. Totally 50000 respondents aged 18-89 participated in the study (300 respondents in 1991; 400 in 1992, 1200 in 1993, 1250 in 1994, 1250 in 1995, 1500 in 1996, 1500 in 1997, 1500 in 1998, 1500 in 1999, 2500 in 2000, 2500 in 2001, 2000 in 2002, 2000 in 2003, 2500 in 2004, 2500 in 2005, 2500 in 2006, 2500 in 2007, 2500 in 2008, 2500 in 2009, 2500 in 2010, 2500 in 2011, 2100 in 2012, 2500 in 2013, 2000 in 2014, 2000 in 2015, 2000 in 2016).

We applied the Who-am-I technique of M. Kuhn and T. McPartland, and also the adapted version of the Identity measuring scale of M. Sinerella as well as other methods to study the transformation of different kinds of collective identity. The reliability of the study was provided by the methodological justification of its initial positions, by the use of diagnostic techniques, the relevant aims and research tasks, the application of the mixed method of quantitative and qualitative analysis of the empirical data; the use of methods of mathematical statistics with the modern data proceeding programs, representativeness of the sample.

It was very interesting to study the process of the formation and transformation of such a form of the collective identity of Ukrainian citizens as religious identity. Modern scholars argue for a certain blur of Ukrainian citizens’ religious identity, they note that the Ukrainian society is in the search for a new religious identity. In particular, M. Marinovich emphasized that the poly-confessional Ukrainian society is not only one of the major constraints that prevent the development of fundamentalist tendencies, but the basic premise of the search of a new integrated religious identity. Our own theoretical and empirical research has shown that such an integrated religious identity for the Orthodox, Greek Catholic and Roman Catholics of Ukraine may be Christian identity (“I am – a Christian”). Religious identity of citizens of Ukraine (which was almost not expressed in 1991) began to increase in the second half of 2001 (after Pope John Paul II’s visit to Ukraine), and from 2004 – 2005, the respondents were more likely to use the identity “Christian”. By saying “I am a Christian” the believer relates his or her ego with the symbolic, ideological, value-shaped semantic space of Christianity. It was found that the respondents with a Christian identity have a more constructive hierarchy of values, subjective type of political self-determination, and a higher level of patriotism than the respondents with a dominating confessional identity have.

In 2012 we conducted a study into the influence of the European Football Championship 2012 (hereinafter – the Euro-2012) on the transformation of the collective identity of Ukrainian citizens. It is known that the final of the football competition among the European countries was held in Poland and Ukraine (from 8 June to 1 July 2012). The slogan of the championship was “Creating history together”; the motto of the Ukrainian team was “Ukrainians, our time has come!” We assumed the Euro-2012 to have a positive effect. The hypothesis of the research was that the Euro-2012 can have a positive impact on the dynamics of the European civilizational, as well as national identity of the citizens of Ukraine.

In order to research the impact of the Euro-2012 on the transformation of the collective identity of Ukrainian citizens we conducted the polls before the start of the Euro-2012 (from 28th of May to 8th of June) and after the championship ended (from 1st to the 12th of July). Totally 2100 respondents were polled in all of the regions of Ukraine, among them 1050 respondents were from Donetsk, Kiev, Lvov, Kharkov cities and the corresponding regions, where the championship was held; 1050 respondents were from other regions of Ukraine. The research results proved the Euro-2012 to have quite a substantial positive impact on the formation of the European civilizational and national identity of the citizens of Ukraine. While this impact in the cities where the football matches were held was the strongest, it was also noticeable in other Ukrainian regions.

Major tendencies revealed during the 2012 polls well correlate with the most important results of our long-term studies of collective identity of the citizens of Ukraine: 1) in 1991 – 1994 post-Soviet identity took first places (from the 1st to the 5th), but as the results show, during the following years it’s strength stably declined; 2) during 1994 – 2014 the significance of post-Soviet identity was rapidly decreasing (though among ethnic Russians and Russian-language Ukrainians who live in the South and East of Ukraine, post-Soviet identity still keeps high positions though not dominating any more); 3) ethnic identity gradually rose in all groups (most actively among Russians, Ukrainians, Crimean Tatars, and Jews); 4) religious identity rapidly rose in the second half of 2001 (after the Pope John Paul II’s visit to Ukraine) and from 2004 – 2005 respondents started to use the Christian identity more and more often; 5) planetary identity over the years has almost not changed; 6) European identity initially occupied a place one from the bottom, but starting from 1998 – 1999 its significance increased (especially among Ethnic Ukrainians, Poles, Hungarians, Slovaks, Romanians, and Crimean Tatars); 7) European identity is most rapidly rising among large city inhabitants (from 2013 – 2016); 8) during 1991 – 1993 the national (or civic-political) identity remained without change among all of the groups, but there was a decline of its level in 1994 – 1995 among ethnic Russians, Belarusians, and Jews; a gradual rise in this form of identity in the group of Ukrainians and some other groups of ethnic minorities (especially in the group of ethnic Poles and Crimean Tatars) was observed in 1997 – 1999, in 2004 – 2005, in 2014 – 2016; 9) the prestige of national (or civil-political) identity is more slowly rising in the East and South of Ukraine than in the North, Center and the West; 10) the most notable transformations are typical for ethnic and national (or civil-political) identities, but the gap between these two forms of identity in the East and South is much greater than in the North, West and Centre of Ukraine; 11) a significant rise of a European and national identities among ethnic Ukrainians in the South and the East continued until 2010 (in 2010 – 2011 this process halted); 12) ethnic Ukrainians, Russians, Armenians and Moldovans who live in the East and South of Ukraine express more nostalgic sentiments in relation with the USSR, but these same ethnic groups who live in the North, Centre and West of Ukraine, see as a priority to be Europeans; 13) empirical indicators of ethnic identity stabilized in 2004 – 2008 (in both groups of ethnic Ukrainians and ethnic minorities); 14) in the group of ethnic minorities the importance of regional identity increased in 2006 – 2007 (at the competent regional policy this type of identity could become the basis for strengthening the all-Ukrainian identity, as in the developed world, regional identity is seen as sub-national); 15) in 1991 26% of respondents, in 2001 – 25%, in 2011 – only 21% had high level of national identity; in 1991 – 18% of respondents, in 2001 – 27%, and in 2011 – 39% of respondents had low level of national identity which indicates to a complete absence of a balanced policy towards national identity in Ukraine; 16) the national (or civil-political) and European identity reached its highest level of development in 2004 – 2005 (in 2005 28% of respondents had high level of national identity, and only in 22% it was low, in the same year 37% of respondents had high level of European identity, in 18% it was low); 17) the survey results indicate to a significant rise of the European identity (in both ethnic Ukrainian and ethnic minority groups); Euro-2012 had a positive impact on strengthening of the European and national identities; European identity before 2016 did not lose its significance for the citizens of Ukraine, because a request for Europeanness has been very strong in the Ukrainian society.

Thus, our long-term studies have shown that the most acceptable to the citizens of Ukraine is the national identity of the civil-political class, which can harmoniously combine with other forms of identity – religious, regional, ethnic, etc. National identity of civil political class is inherently multi-dimensional, because it covers, but does not negate the ethnic, linguistic, religious, regional, professional, age, gender and other identities. For the development of national and European identities of the citizens of Ukraine it’s necessary to protect the Ukrainian informational space; to raise to a higher level the political culture of the Ukrainian population; to overcome social and psychological stereotypes of utopian and totalitarian origin, as well as the national inferiority complex; to broaden the base of democratic forces; reach such a position when the state-building processes would become irreversible and the social and political life in the country would stabilize; to bring to its logical end the unfinished process of consolidation of the Ukrainian nation into one social and political entity.

In the context of the research problem, it seems necessary to briefly overview some modern tendencies of the development and implementation of identity policies in some of the European countries.

Interdisciplinary discussions with regard to strengthening and supporting collective identity of the citizens of European countries were initiated after many of them faced serious challenges (related to the problems of collective security, increased migration, terrorist acts, dramatic socio-economic and socio-political transformations), and also the threats of a gradual erosion of national cultures, and warping perceptions of a common identity. F. Van Oostrom claimed for the necessity of a referent canvas in order to overcome the identity crises. And the best in this context is precisely the canvas, which will connect national and European identity modes in a single system [10, с. 76 – 88].

So today, in connection with the cultural turn J. Assmann, F. Van Oostrom and other scholars [1] write about, it is necessary to talk about identity policies as an integrated, multi-disciplinary problem. That is why the development of national Cultural Canons in Holland, Denmark, and Latvia, which can become the basis for citizens of many countries for a coherent and balanced growth of national and European identity, is an example of the constructive use of the integrative potential of modern science.

 

References:

  • 1. Assman Ya. Kul’turnaya pamyat’: Pis’mo I pamyat o proshlom I politicheskaya identichnost’ v vysokikh kul’turah drevnosti / Per. s nem. M. M. Sokol’skoy / Ya. Assman. – M.: Yazyki slavyanskoj kul’tury, 2004. – 368 p. (in Russian).
  • 2. Bauman Z. Individualizirovannoye obshchestvo / Z. Bauman. – M.: Logos, 2002. – 324 p. (in Russian).
  • 3. Voropayeva T. Movna identychnist’ ta natsional’na svidomist’gromadyan Ukrainy / T. Voropayeva, S. Boyko // Ukrainoznavstvo. Kalendar-shchorichnyk – 2003. K.: Poligrafknyga, 2002. – P. 128 – 133 (in Ukrainian).
  • 4. Voropayeva T. S. Samoidentifikatsiya ukraintsev i russkih na yuge Rossii i Ukrainy: kompleksnyj analiz / T.S. Voropayeva // Yug Rossii i Ukrainy v proslom i nastoyashchem: istoriya, ekonomika, kul’tura. – Belgorod: BelGU, 2009. – P. 193 – 196 (in Russian).
  • 5. Voropayeva T.S. Spetsifika samoidentifikatsii etniceskikh ukraintsev I russkikh v Ukraine: sotsialno-psikhologicheskiye aspekty / T.S. Voropayeva // Lichnost’ v mezhkul’turnom prostranstve. Ch. 1. – M.: RUDN, 2008. – P. 23 – 28 (in Russian).
  • 6. Voropayeva Т. Suchasna ukrains’ka natsional’na ideya: teoretyko-empiricne doslidzhennya / T. Voropayeva, V. Piskun // Ukrainoznavstvo. Kalendar-shchorichnyk – 2004. – K.: Ukrains’ka vydavnycha spilka, 2003. – P. 127 – 134 (in Ukrainian).
  • 7. Voropayeva Т. Тransformatsiya natsional’noyi identychnosti gromadyan Ukrainy (1991–2001 rr.) / Т. Voropayeva, S. Boyko // Visnyk KNU imeni Tarasa Shevchenka. Seriya “Ukrainoznavstvo”. – Vyp. № 6. – K.: VPTs “Kyyivs’kyj universytet”, 2002. P. 12 – 17 (in Ukrainian).
  • 8. Gnatenko P. I. Identicnost’: filisofskiy i psikhologicheskiy analiz / P. I. Gnatenko, V. N. Pavlenko. – K.: OOO “Art-Press”, 1999. – 466 p. (in Russian).
  • 9. Razvitiye natsional’noj, etnolingvisticheskoj i religioznoj identichnosti u detej i podrostkov / Otv. Red.: M. Barret. – M.: Izdatel’stvo Instituta psikhologii RAN, 2001. – 196 p. (in Russian).
  • 10. Ryzhakova S. I. Kanony natsional’nykh kul’tur: opyty Gollandii, Danii I Latvii 2000-kh godov / S. I. Ryzhakova // Etnograficheskoye obozreniye. – 2011. – №3. – P. 76 – 88 (in Russian).
  • 11. Smit Ye. Natsional’na identychnist’ / Ye. Smit / Z angl. per. Petro Tarashuk. – K.: “Osnovy”, 1994. – 224 p. (in Ukrainian).
  • 12. Huntington S. Kto my? Vyzovy amerikanskoy natsional’noy identichnosti / S. Huntington; Per. s angl. A. Bashkirova. – M.: OOO “Izdatel’stvo AST”: OOO “Tranzytknyga”, 2004. – 635, [5] p. (in Russian).
  • 13. Erikson E. Identichnost’: yunost’ i krizis. Per. s angl. – M.: Flinta, 2006. (Seriya: Biblioteka zarubejnoj psikhologii). – 342 p. (in Russian).
  • 14. Melucci A. Challenging Codes: Collective Action in the Information Age. Cambridge: Cambridge University Press, 1996. – 441 p.
  • 15. Melucci A. Getting Involved: Identity and Mobilization in Social Movements // International Social Movement Research. – 1988. – 1. P. 329 – 348.
  • 16. Pizzorno A. Some Other Kind of ‘otherness’: A critique of Rational Choice Theories // Development, Democracy and the Art of Trespassing / Edited by A. Foxley, M. McPherson, G. O’Donnel. Notre Dame: University of Notre Dame Press, 1986. – P. 355 – 373.
  • 17. Tajfel H., Turner J. C. The social identity theory of intergroup behaviour // Psychology of Intergroup Relations / S. Worchel & W. G. Austin (Eds.). – Chicago, IL: Nelson-Hall, 1986. – P. 7 – 24.
0
Your rating: None Average: 6.3 (6 votes)
Comments: 6

Kruchinin Sergei

Уважаемая Татьяна! Представленная Вами статья вызывает ряд существенных вопросов. Вами в тексте приводятся множественные выводы, более 17 результирующих высказываний, об идентичности населения Украины с различными группами. В то время как гипотезы выдвинуты для существенно меньшего количества утверждений. Используемая Вами методология различных элементов исследования существенно варьируется и представлена в крайне сжатой форме, не соответствующей академическим представлениям о подробном и четком изложении методики исследования. Она не позволяет валидизировать сделанные Вами выводы. В результате, выводы, собранные данные и методика, не являются логично взаимосвязанными частями статьи, а представляют собой набор разрозненных элементов. Ключевым вопросом является более подробное изложение методики и первичных данных, постановка вопросов исследования и логическая взаимосвязь с полученными выводами. Желаем удачи в дальнейших исследованиях. С Уважением!!!

Voropayeva Tetyana Sergiyivna

Уважаемый Сергей! Большое спасибо за Ваш комментарий! К сожалению, объем статьи не позволяет рассмотреть все названные Вами проблемы. Но я указала все те проекты, в рамках которых мы проводили наши многолетние исследования. Еще в начале 1990-х годов мы и разработали весь теоретико-методологический и методический инструментарий данного исследования. Ни один из экспертов тех международных проектов (а некоторые из них мы проводили совместно с российскими учеными (в 1994 - 1999 гг. и в 2007 - 2013 гг.)), которые перечислены в данной статье, не утверждал, что "выводы, собранные данные и методика, не являются логично взаимосвязанными частями ..., а представляют собой набор разрозненных элементов". Если бы у кого-то из экспертов возникли бы сомнения по поводу валидности и репрезентативности нашего исследования, то они бы никогда не поддержали финансирование названных проектов. А результаты наших исследований не были бы опубликованы в восьми странах мира. Используемые нами методики широко используются во многих странах мира. Надежность результатов проведенного исследования обеспечивалась методологическим обоснованием его исходных позиций; использованием совокупности диагностических методик, адекватных цели и задачам исследования; сочетанием количественного и качественного анализа эмпирических данных; использованием методов математической статистики с применением современных программ обработки данных, репрезентативностью выборки. Конечно же, Вы имеете полное право на собственное мнение. Но используемые нами трансдисциплинарные исследовательские стратегии способствуют пониманию динамики идентификационных процессов на нескольких уровнях реальности одновременно («перешагивая» границы конкретных дисциплин) для создания универсальной картины изучаемого объекта. С искренним уважением и наилучшими пожеланиями, Воропаева Т.

Dedyulina M.A.

Работа актуальная и познавательная. Особенно социологическая и психологическая составляющая. Однако, это работа не по философии. Мало рассуждений автора по философской проблематике. В частности по поводу национальной идентичности.

Voropayeva Tetyana Sergiyivna

Уважаемая Марина Анатольевна, большое спасибо за Ваш комментарий! Наше исследование коллективной идентичности проводилось в рамках современного украиноведения, которое сегодня развивается как интегративная наука, но формально принадлежит к философским наукам. К тому же ни одно современное исследование коллективной идентичности не может быть монодисциплинарным. Мы также использовали трансдисциплинарные исследовательские стратегии. К сожалению, объем статьи не позволил представить более широко некоторые нюансы. Наше многолетнее теоретико-эмпирическое изучение коллективной идентичности позволяет сделать выводы о том, что: 1) современная социальная философия не может не учитывать результаты социологических и психологических исследований; 2) именно эмпирические исследования помогли нам уточнить понятия "этническое бытие" и "национальное бытие", "этническая идентичность" и "национальная идентичность", "этнос", "нация" и "цивилизация"; 3) в нашем университете "эмпирическая составляющая" только приветствуется в рамках исследований по социальной философии. Полностью согласна с Вами, что национальной идентичности было уделено мало внимания! Но ведь статья была посвящена изучению не НАЦИОНАЛЬНОЙ, а КОЛЛЕКТИВНОЙ идентичности (которая не исчерпывается национальной идентичностью). С искренним уважением и наилучшими пожеланиями, Воропаева Т.

Sanosyan Khachatur Avetis

Уважаемая Татьяна Ваши исследования выявили, "что наиболее приемлемым для граждан Украины является национальная идентичность гражданско-политического класса, который может гармонично сочетаться с другими формами идентичности - религиозной, региональной, этнической и т. д. национальной идентичности гражданского политического класса является по своей сути многомерным, поскольку она охватывает, но не отрицает этническую, языковой, религиозной, региональной, профессиональной, возраст, пол и другие идентичности. Для развития национальной и европейской идентичности граждан Украины это необходимо для защиты украинского информационного пространства; поднять на более высокий уровень политической культуры населения Украины; преодолеть социальные и психологические стереотипы утопического и тоталитарного происхождения, а также национального комплекса неполноценности; расширить базу демократических сил; достичь такого положения , когда процессы государственного строительства станет необратимым и общественно-политическая жизнь в стране будет стабилизироваться; довести до логического конца незаконченный процесс консолидации украинской нации в единое социально-политического субъекта." С учетом того обстоятельства, что "Во всем мире интенсификации процесса глобализации приводит не только к свободному перемещению финансов, товаров, рабочей силы и различных ресурсов, но и к разрушению местной культуры и традиционной практики, устоявшихся представлений и базовых ценностей", думаю, что принудительный процесс "консолидации украинской нации в единое социально-политического субъекта" не оправдывает себя. С уважением, Х А. Саносян

Voropayeva Tetyana Sergiyivna

Уважаемый Хачатур Саносян! Я очень благодарна Вам за Ваш отзыв-комментарий с большими цитатами. Я полностью согласна с Вами, что "принудительный процесс консолидации" ЛЮБОЙ НАЦИИ "в единый социально-политический субъект не оправдывает себя". Кроме этого, деструктивной является консолидация ЛЮБОЙ НАЦИИ при помощи образа врага, страха, информационной и "горячей" войны... Но если Вы думаете, что в Украине идет "принудительный процесс консолидации", то Вы убедитесь в обратном, если приедете к нам в гости. Сегодня рейтинги очень многих представителей власти настолько упали, что украинское гражданское общество просто проигнорирует любую "принудиловку" или будет все это высмеивать и протестовать против этого (слава Богу, у нас есть много информационных телеканалов, программы которых идут в прямом эфире). Украинская политическая нация всегда боролась за Достоинство человека и государства, за Свободу, за цивилизованные стандарты жизни и т.п. Ведь самой короткой "формулой" современной украинской национальной идеи является такая: "Достоинство - Развитие - Свобода". Граждане Украины и сегодня продолжают бороться против коррупции, против повышения тарифов, против неправомерного уничтожения многих банков, против устаревшего закона о выборах, а также ЗА ДОСТОЙНУЮ ЖИЗНЬ, ориентируясь, в первую очередь, на цивилизованные страны мира. С искренним уважением и наилучшими пожеланиями, Воропаева Т.
Comments: 6

Kruchinin Sergei

Уважаемая Татьяна! Представленная Вами статья вызывает ряд существенных вопросов. Вами в тексте приводятся множественные выводы, более 17 результирующих высказываний, об идентичности населения Украины с различными группами. В то время как гипотезы выдвинуты для существенно меньшего количества утверждений. Используемая Вами методология различных элементов исследования существенно варьируется и представлена в крайне сжатой форме, не соответствующей академическим представлениям о подробном и четком изложении методики исследования. Она не позволяет валидизировать сделанные Вами выводы. В результате, выводы, собранные данные и методика, не являются логично взаимосвязанными частями статьи, а представляют собой набор разрозненных элементов. Ключевым вопросом является более подробное изложение методики и первичных данных, постановка вопросов исследования и логическая взаимосвязь с полученными выводами. Желаем удачи в дальнейших исследованиях. С Уважением!!!

Voropayeva Tetyana Sergiyivna

Уважаемый Сергей! Большое спасибо за Ваш комментарий! К сожалению, объем статьи не позволяет рассмотреть все названные Вами проблемы. Но я указала все те проекты, в рамках которых мы проводили наши многолетние исследования. Еще в начале 1990-х годов мы и разработали весь теоретико-методологический и методический инструментарий данного исследования. Ни один из экспертов тех международных проектов (а некоторые из них мы проводили совместно с российскими учеными (в 1994 - 1999 гг. и в 2007 - 2013 гг.)), которые перечислены в данной статье, не утверждал, что "выводы, собранные данные и методика, не являются логично взаимосвязанными частями ..., а представляют собой набор разрозненных элементов". Если бы у кого-то из экспертов возникли бы сомнения по поводу валидности и репрезентативности нашего исследования, то они бы никогда не поддержали финансирование названных проектов. А результаты наших исследований не были бы опубликованы в восьми странах мира. Используемые нами методики широко используются во многих странах мира. Надежность результатов проведенного исследования обеспечивалась методологическим обоснованием его исходных позиций; использованием совокупности диагностических методик, адекватных цели и задачам исследования; сочетанием количественного и качественного анализа эмпирических данных; использованием методов математической статистики с применением современных программ обработки данных, репрезентативностью выборки. Конечно же, Вы имеете полное право на собственное мнение. Но используемые нами трансдисциплинарные исследовательские стратегии способствуют пониманию динамики идентификационных процессов на нескольких уровнях реальности одновременно («перешагивая» границы конкретных дисциплин) для создания универсальной картины изучаемого объекта. С искренним уважением и наилучшими пожеланиями, Воропаева Т.

Dedyulina M.A.

Работа актуальная и познавательная. Особенно социологическая и психологическая составляющая. Однако, это работа не по философии. Мало рассуждений автора по философской проблематике. В частности по поводу национальной идентичности.

Voropayeva Tetyana Sergiyivna

Уважаемая Марина Анатольевна, большое спасибо за Ваш комментарий! Наше исследование коллективной идентичности проводилось в рамках современного украиноведения, которое сегодня развивается как интегративная наука, но формально принадлежит к философским наукам. К тому же ни одно современное исследование коллективной идентичности не может быть монодисциплинарным. Мы также использовали трансдисциплинарные исследовательские стратегии. К сожалению, объем статьи не позволил представить более широко некоторые нюансы. Наше многолетнее теоретико-эмпирическое изучение коллективной идентичности позволяет сделать выводы о том, что: 1) современная социальная философия не может не учитывать результаты социологических и психологических исследований; 2) именно эмпирические исследования помогли нам уточнить понятия "этническое бытие" и "национальное бытие", "этническая идентичность" и "национальная идентичность", "этнос", "нация" и "цивилизация"; 3) в нашем университете "эмпирическая составляющая" только приветствуется в рамках исследований по социальной философии. Полностью согласна с Вами, что национальной идентичности было уделено мало внимания! Но ведь статья была посвящена изучению не НАЦИОНАЛЬНОЙ, а КОЛЛЕКТИВНОЙ идентичности (которая не исчерпывается национальной идентичностью). С искренним уважением и наилучшими пожеланиями, Воропаева Т.

Sanosyan Khachatur Avetis

Уважаемая Татьяна Ваши исследования выявили, "что наиболее приемлемым для граждан Украины является национальная идентичность гражданско-политического класса, который может гармонично сочетаться с другими формами идентичности - религиозной, региональной, этнической и т. д. национальной идентичности гражданского политического класса является по своей сути многомерным, поскольку она охватывает, но не отрицает этническую, языковой, религиозной, региональной, профессиональной, возраст, пол и другие идентичности. Для развития национальной и европейской идентичности граждан Украины это необходимо для защиты украинского информационного пространства; поднять на более высокий уровень политической культуры населения Украины; преодолеть социальные и психологические стереотипы утопического и тоталитарного происхождения, а также национального комплекса неполноценности; расширить базу демократических сил; достичь такого положения , когда процессы государственного строительства станет необратимым и общественно-политическая жизнь в стране будет стабилизироваться; довести до логического конца незаконченный процесс консолидации украинской нации в единое социально-политического субъекта." С учетом того обстоятельства, что "Во всем мире интенсификации процесса глобализации приводит не только к свободному перемещению финансов, товаров, рабочей силы и различных ресурсов, но и к разрушению местной культуры и традиционной практики, устоявшихся представлений и базовых ценностей", думаю, что принудительный процесс "консолидации украинской нации в единое социально-политического субъекта" не оправдывает себя. С уважением, Х А. Саносян

Voropayeva Tetyana Sergiyivna

Уважаемый Хачатур Саносян! Я очень благодарна Вам за Ваш отзыв-комментарий с большими цитатами. Я полностью согласна с Вами, что "принудительный процесс консолидации" ЛЮБОЙ НАЦИИ "в единый социально-политический субъект не оправдывает себя". Кроме этого, деструктивной является консолидация ЛЮБОЙ НАЦИИ при помощи образа врага, страха, информационной и "горячей" войны... Но если Вы думаете, что в Украине идет "принудительный процесс консолидации", то Вы убедитесь в обратном, если приедете к нам в гости. Сегодня рейтинги очень многих представителей власти настолько упали, что украинское гражданское общество просто проигнорирует любую "принудиловку" или будет все это высмеивать и протестовать против этого (слава Богу, у нас есть много информационных телеканалов, программы которых идут в прямом эфире). Украинская политическая нация всегда боролась за Достоинство человека и государства, за Свободу, за цивилизованные стандарты жизни и т.п. Ведь самой короткой "формулой" современной украинской национальной идеи является такая: "Достоинство - Развитие - Свобода". Граждане Украины и сегодня продолжают бороться против коррупции, против повышения тарифов, против неправомерного уничтожения многих банков, против устаревшего закона о выборах, а также ЗА ДОСТОЙНУЮ ЖИЗНЬ, ориентируясь, в первую очередь, на цивилизованные страны мира. С искренним уважением и наилучшими пожеланиями, Воропаева Т.
PARTNERS
 
 
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
image
Would you like to know all the news about GISAP project and be up to date of all news from GISAP? Register for free news right now and you will be receiving them on your e-mail right away as soon as they are published on GISAP portal.